— Если ты продолжишь, — Доу пристально посмотрел на ее пальцы, продолжающие нервно сминать каменную массу, — грани исчезнут вовсе, и оба мира сольются.

— Что? — пальцы Кей дернулись и замерли. Затем она осторожно, словно бомбу, положила слепок на землю.

— Это, — Доу указал на массу, — ключ. Если его не месить, он застынет, затем рассохнется со временем и распадется.

— И что тогда?

— Тогда проход между мирами вновь закроется, — будничным тоном заметил Доу, начиная откровенно посмеиваться над ней в своей любимой манере. — Ты можешь остаться здесь, — вдруг совершенно серьезно предложил он.

— Здесь? — Кей еще раз огляделась по сторонам. И сама идея стать частью этой восхитительной энергии, где каждая клетка тела пронизана и наполнена ею, показалась жутко заманчивой. Любые навыки или достижения, знания, силы — все становилось доступным, стоило только пожелать. Но в той же мере, в какой это легко было обрести, во всем этом не оставалось никакого смысла.

— Доу, этот мир, он…

— Не для тебя? — проницательно усмехнулся Доу. — Я знал, что ты это скажешь.

— Здесь можно жить, только надеясь, что…

— Нет, — покачал головой демон, — ты все еще не понимаешь. Ты все еще мыслишь, как раньше. Нет ничего отдельно существующего, — он указал длинным пальцем на заснеженные горы за ее спиной, — это всего лишь дыхание Матаатхи.

— Брызги, волны великого океана, — Кей понимала о чем он говорит, но ее сердце принадлежало вещам, людям, чувствам застывшего на миг мира и определенного сознанием в категории и формы. Она любила их такими, понимая, что в следующий миг все изменится: старые исчезнут, а новые родятся. И старые, и новые — все они будут лишь отголосками великой пустоты, но так хотелось видеть в них что-то неизменное, и держаться за это, изо всех сил держаться, скрепляя умом, как раствором, текущие, расползающиеся грани.

— Мой дом тут, — проговорила Кей и сделала один осторожный шаг назад, затем еще один и еще. Картина демонического мира поплыла, а вместей с ней и мудрый всепрощающий взгляд Дао. Учитель остался за гранью, а Кей вернулась домой, побывав за вратами рая, или ада, если учесть, что населен он был демонами.

Глава 18

Снег разлетался комьями из-под лап серой с голубым отливом волчицы. Она неслась, стремительно, к знакомым лесам, в которых еще свежи были их с Доу следы. Искаженный неправильный запах от белого пространства позади до сих пор стоял в носу. Проход все еще был открыт и давил на нее, заставляя волчицу ускоряться еще сильнее, до боли в мышцах. Ей необходимо было убраться от этого места подальше, а перемещаться вблизи с ним было слишком опасно. Возможно, ее просто забросило бы в какое-то незнакомое место, но она не могла рисковать, потому что местом этим могла оказаться, к примеру, белая школа.

Больше всего на свете она хотела бы очутиться рядом с затерянным в лесах домом и мчаться бок о бок с черным волком, радостно догоняя его и прихватывая за загривок. Но девушка в ней знала, что он давно уже не там, и с тех пор много чего произошло, и волчице хотелось жалобно скулить от тревоги: картины его истерзанного тела навсегда запечатлелись в мозгу. Голубая энергия казалась призрачной, его исцеление почти невозможным, и так хотелось убедиться, что с ним все в порядке, что он, и правда, цел и невредим. Что отряд оставленных магов или новых врагов не причинил ему вреда. Демон обещал, но что знал демон об их сумасшедшем мире?

Волчица остановилась, задрала морду кверху и завыла, не удержавшись. Дурное предчувствие ядом разливалось по венам. Она вновь сорвалась и понеслась дальше, позабыв о еде и сне.

* * *

Энергия демона сделала его вновь сильным, настолько, будто он только что поглотил сотню бездарных магов. И от этого голод и ненависть становились только сильнее. Для него больше не было ни пути назад, ни спасения, ни смысла. И все, что он мог — отдаться своей природе, перестав, наконец, с ней сражаться. Да и к чему привели его битвы? К тому, что он едва не погиб от рук собственных учеников и соратников? К тому, что его предали и пытались затравить, как бешеное животное? Они хотели видеть в нем монстра? Они его получат.

Майкл одним мощным силовым ударом вышиб дверь на нижнем уровне школы, где укрылся Стив вместе с преподавательским составом.

— Он спятил! Я говорил вам его не трогать! — кричал щуплый наставник по травоведению, его очки тревожно поблескивали стеклами.

— Нужно было прибить его раньше, пока он был уязвим! — шипела старая ведьма.

— Тихо! — голос Стива заставил их всех заткнуться. — Мы хотели разделаться с ним? Это наш шанс. Трентон!

Всегда аккуратная и уравновешенная наставница теперь заметно нервничала. Неприятно было оказаться меж двух огней при том, что она не испытывала никакого желания убивать Майкла. Скорее, сожаление или досаду, что не взяла в этот день отгул и не оказалась по ту сторону дверей. Во время их последней встречи она заметила, насколько он разозлен, и теперь вполне мог разнести помещение, в котором они засели, не разбираясь в подробностях и личностях присутствующих. Хотя ей самой, очень хотелось надеяться, смерти он не желал.

— Трентон! — голос начальника вывел ее из ступора.

— Да, Стив? — профессиональным тоном отозвалась она.

— Ну хоть кто-то сохраняет присутствие духа, — одобрил декан. — Ты можешь связаться с Родриком?

— Что? — изумление прорвалось сквозь маску на ее лице.

— Боюсь, нам не справиться самим, так что помощь белой школы не помешает.

— Но мы же не можем… они ведь… ты же это несерьезно? — брови Трентон взлетели вверх.

— То, что там за дверью — очень даже серьезно! — отчеканил Стив. — Что случилось с теми, кто нападал на него в последний раз?