– Отпусти, больно, – попросил я Шаха, по-прежнему судорожно сжимавшего мои лодыжки. А парень-то оказался крепким. Наверняка в своей прежней нормальной жизни каким-нибудь спортом занимался. – Спасибо!

Я отыскал в кармане джинсов завалявшийся платок и промокнул на животе кровоточащие царапины. Ну вот и допрыгался. Два взвода спецназовцев уже сходят на берег. Максимум через полчаса они начнут прочесывать остров. Местности ты не знаешь, скрыться вряд ли сумеешь. Да и куда ты денешься с подводной-то лодки?

Я отполз от края обрыва и посмотрел в противоположную сторону. «Не плыви по течению, не плыви против течения, а плыви туда, куда тебе нужно», – вспомнилась мне надпись на борту старомодного паромчика с жизнерадостным капитаном. Только вот знать бы ещё, где находится это самое "куда тебе нужно".

В прорехах между кронами деревьев виднелись здания психокоррекционного центра. Вот крыша приземистого административного корпуса, вот пара круглых процедурных корпусов, а вот и высокая, сверкающая зеркальными окнами свеча главного лечебного корпуса. Я до рези в глазах всмотрелся в эту башню. Что-то там привлекло моё внимание, хотя я сразу не понял, что именно. Глаза заслезились от напряжения, но наконец-то я увидел два маленьких сверкающих на солнце эллипсоида – две стоящие на крыше металлические стрекозы с опущенными лопастями. Вертолеты скорой помощи! Ну конечно же, как я раньше не подумал! Всё-таки это непростая больница, и мало ли что здесь может случиться… А, может быть, на них просто летает местное начальство. Да какая мне разница?

Уже привычным движением я схватил Шаха за руку и рванул вниз по заросшей тропинке. Так, чтобы добраться до главного корпуса, нам потребуется минут пятнадцать. Пыхтящий рядом Шах больно налетел мне на ногу. Ну, хорошо, минут двадцать. В принципе, можно успеть, пока спецназовцы не блокируют весь остров. А как ты проберешься на крышу? Там наверняка охрана… Ладно, об этом пока лучше не думать. Как и о том, что твои навыки управления вертолетом ограничиваются десятью часами полетов на компьютерном симуляторе, половина из которых, кстати говоря, закончилась весьма плачевно. Ну что ж, опять "была не была"?

Мы мчались по территории клиники, перепрыгивая через клумбы и низкие заборчики, продираясь напролом сквозь живые изгороди. Встречный медперсонал испуганно шарахался в сторону, и немудрено – я плюнул на любые попытки придать нашей паре хоть сколь-нибудь благопристойный вид. Кровь из моего нещадно стесанного живота просачивалась через футболку и алыми пятнами расплывалась по грязному халату. У Шаха вид был не лучше – его зеленая пижама в игривый цветочек местами была разодрана вклочья, и в дыры просвечивала бледная поцарапанная кожа. Ошарашенный охранник на входе в главный лечебный корпус беспрепятственно пропустил нас внутрь. Странно. Хотя что он мог подумать, увидев окровавленного врача, волокущего за собой взмыленного пациента? Да только то, что у психа случился приступ и требуется срочная медицинская помощь. Видимо, здесь случалось и такое, несмотря на всю их идиллию.

– Пропустите, пациенту требуется срочная помощь! – придав своему лицу самое зверское выражение, на которое только был способен, я оттолкнул ещё одного охранника, попытавшегося было перегородить нам путь к лифту, и влетел в кабинку. Так, пятнадцать серых кнопок – пятнадцать этажей. Внизу пять синих кнопок – подвальные этажи. Господи, а в подвалах-то они что делают? И ещё три красные кнопки наверху – всего восемнадцать надземных этажей, всё верно. Только вот рядом с каждой красной кнопкой находился маленький квадратный сканер-дактилоскоп. Всё ясно, ограниченный доступ.

Медлить было нельзя, охранник подозрительно смотрел на нас из коридора. Я пробежался пальцами по панели и наугад ткнул в верхнюю синюю кнопку. Что ж, поедем в подвал. Есть в китайском ушу такой принцип – чтобы пойти вперед, сначала нужно немного пойти назад.

Проще говоря, чтобы через что-то перепрыгнуть, нужно отступить и разбежаться. А чтобы нанести удар, нужно размахнуться. Посмотрим, сработает ли этот ушуистский принцип на этот раз… Лифт мягко закрыл двери, скрыв нас от глаз подозрительного охранника, и тронулся вниз.

Через несколько секунд он плавно остановился и выпустил нас в короткий коридор, упиравшийся во внушительную металлическую дверь с табличкой «Лаборатории. Уровень 1». Наверное, такие же двери бывают в секретных военных бункерах – идеально гладкая поверхность, даже ручки нет, чтобы зацепиться. И что теперь делать?! Но Шаха, по-видимому, это нисколько не смутило. Он уверенно подковылял к незаметному глазку биометра, прислонился к нему своим глазом, и тяжёлые бронированные ворота гостеприимно распахнулись перед ним, как стеклянная дверь на входе в супермаркет.

Я изумленно посмотрел на своего спутника и втащил его в открывшийся проход. Откуда у него доступ в лаборатории? Его водили сюда для исследований, поэтому внесли его данные в биометрический сканер? Скорее всего… За дверью было светло и прохладно. Длинный коридор с вереницей дверей по обеим сторонам. Голубоватый больничный свет. Я поежился. Контраст с душной баней снаружи был чувствительным. Людей в коридоре не было, но камеры наблюдения имелись в избытке, я в этом не сомневался.

Невдалеке послышались гулкие шаги. Кто-то шел по одному из боковых проходов и приближался к центральному коридору. Я судорожно огляделся, увидел по левую сторону обычную деревянную дверь – за такими обычно скрываются каморки, где грозные уборщицы хранят свой инвентарь – и впихнул в не Шаха.