Фанатичный коммунист-ортодокс Хрущев и на закате жизни был уверен, что коммунизм восторжествует не только в Советском Союзе, но и на всей планете. В мемуарах он говорит:

«Мы, коммунисты, верим в свои идеи, в прогресс, в неумолимое развитие общества на пути к справедливой общественно-экономической формации. И мы уверены, что со временем изменятся условия в капиталистических странах, народы которых (пока что не знаю когда) рано или поздно отыщут способ установить тот строй, который их устраивает и при котором не останется эксплуатируемых и эксплуататоров».

Идея коммунизма безраздельно владела всем его существом. Еще в 1939 году, выступая на VIII съезде ВКП (б), Хрущев постоянно манипулировал этим понятием:

— Из года в год все выше и выше мы поднимаемся к конечной вершине нашей борьбы — к коммунистическому обществу, к коммунистическому строю.

Именно тогда, в 1939 году, советским «вождям» казалось, что коммунизм уже не за горами. «Двадцать лет работы нашей партии на стройке социализма уже дали результаты — мы построили социалистическое общество, — говорил на VIII съезде помощник И. Сталина А. Поскребышев. — Еще двадцать лет работы дадут нам высшую фазу — коммунистическое общество». А опытный партийный функционер А. Андреев заявил: «Мы можем бодро и смело шагать вперед к окончательной победе коммунизма».

На XIX съезде ВКП (б) в 1952 году Хрущев вновь говорил о том, что более всего его волновало и воодушевляло:

— Ныне главные задачи Коммунистической партии Советского Союза состоят в том, чтобы построить коммунистическое общество.

Идея коммунизма имела реальные объективные основания в значительных экономических и научно-технических достижениях СССР второй половины 50-х годов. Наша страна опережала США по абсолютному приросту многих важных сырьевых и топливных продуктов. Сами американские официальные лица признавали бесспорные успехи СССР. В опубликованном в 1959 году Объединенной экономической Комиссией Конгресса США докладе отмечалось, что Советский Союз стал догонять США по производству продукции в целом и в расчете на душу населения. Что же касается тогдашних советских аналитиков, то они предсказывали неизбежную победу социализма в экономическом соревновании, с капитализмом и называли при этом весьма небольшие исторические сроки.

В октябре 1957 года именно Советский Союз запустил первый искусственный спутник Земли. В январе 1959 года была отправлена в межпланетное пространство первая космическая ракета. Хрущев был убежден, что все эти успехи — реальное свидетельство преимуществ социалистического строя. На встрече с интеллигенцией в феврале 1958 года он говорил:

«Создание советских искусственных спутников Земли убедительно продемонстрировало высокий уровень развития науки и техники в нашей стране, уровень советской промышленности, культуры и образования. Как дым развеялись легенды врагов о научной и технической отсталости Советского Союза. Да кто теперь поверит таким легендам, если каждый человек чуть ли не в любой стране земного шара может своими глазами видеть поистине сказочные советские звезды!

В этом научном и техническом достижении нашего народа, наших ученых, инженеров, техников и рабочих с особой силой проявились преимущества социалистического строя. Только социалистический строй, который раскрепостил миллионы и миллионы людей, создал людям возможности для полного проявления своих творческих возможностей, условия для овладения наукой, искусством, всеми достижениями человеческой культуры».

«Догнать и перегнать Америку», — именно с этого начиналось прожектерство Хрущева. Анатолий Стреляный пишет по этому поводу так:

«Тогда часто встречались эти слова: «за немногие годы», «в короткий срок». Произносили их не только в порядке ритуального словоблудия. Короткие сроки закладывались в планы. Идеология и практика скачков была еще живой, действующей силой. Когда говорилось., что мы едем в Америку учиться, само собой разумелось: учиться, чтобы начать тягаться немедленно и на равных. И ни с кем, кроме Америки, ни с кем, кто меньше, слабее. Мы — и Америка, только так. Призыв в три года догнать Америку возник не в бреду и не на пустом месте. Хрущев с этим призывом был не выше и не ниже своего окружения. Одно мышление, одна психология».

«Революционный максимализм» и нетерпение Хрущева, вызванные жаждой успеха, неизбежно вели к авантюризму и порождали цепную реакцию. На местах создавалась видимость успеха. Партийные бонзы делали на этом свою карьеру и получали награды.

Коммунизм воспринимался на уровне общих рассуждений о равенстве и социалистической справедливости. Уже реформа образования, провозглашенная в 1958 году, вписывалась в концепцию построения коммунизма. Выступая в апреле 1958 года с речью на VIII съезде ВЛКСМ, Хрущев изложил свои мысли по перестройке народного образования. В ноябре 1958 года пленум ЦК партии одобрил проект тезисов ЦК и Совмина «Об укреплении связи школы с жизнью и о дальнейшем развитии системы народного образования в стране». В декабре Верховный Совет СССР принимает соответствующий закон.