Но, может быть, вы всё-таки поняли, зачем я рассказал всю эту историю. Если и в вашей крови есть хоть один-единственный атом, оставшийся от незнаемых предков, однажды вы тоже до безумия, до смерти обязательно должны захотеть узнать, кто вы и зачем, и понять себя, и определить своё место на земле. Вот, собственно, и всё.

1982 г, 2003 г., 2014 г.

ДВЕ «СКАСКИ» ВЛАДИМИРА АТЛАСОВА

Сведения об открытии и завоевании Камчатки Владимиром Атласовым, которые существуют как в работах историков, так и в литературных произведениях, основываются преимущественно на части некоторых официальных документах Сибирского приказа и некоторых летописях. Показания самого Атласова о знаменитом камчатском походе 1697 – 1699 гг. как-то не принимались во внимание: они долгое время были не доступны широкому кругу исследователей. Например, часто использовались челобитные самого Атласова, описания Камчатки, записанные сибирскими летописцами в качестве «Атласовскаго разсказа». Но в них мало сведений о первом Камчатском походе этого землепроходца.

Вот почему становится понятным большое значение найденной исследователем Н. Оглоблиным в архивах бывшего Сибирского приказаподлинной «скаски» В. Атласова о первом Камчатском походе, записаннойсего слов 3-гоиюня 1700 года в Якутской приказной избе. Она собственноручно скреплена самим Атласовым. В этой «скаске» он довольно подробно рассказывает овсех обстоятельствах своего прославленного похода. «Благодаря этому разсказу приходится многое изменить и дополнить, а другое отбросить в наших сведениях об открытии и завоевании Камчатки», замечает по этому поводу Н. Оглоблин.

На его взгляд, не менее ценна и другая найденная им вторая «скаска» Атласова. Это, собственно, то описание Камчатки, которое фигурирует в сибирских летописях как «разсказ» самого землепроходца. «Но самое беглоесравнение летописнаго текста с оригиналом Сибискаго приказа ясно говорит, что под пером сибирских летописцев разсказ Атласова подвергся многим искажениям, пробелам и вставкам», – справедливо замечает Н. Оглоблин. Он опубликовал полный текст первой и второй «скасок» ВладимираАтласова. Привожу эти публикации, поскольку они значительно расширяют представление не столько о литературном герое Атласове, как я его представлял, а об Атласове – реальном историческом лице. Сами по себе эти «сказки» – захватывающая история путешествий.

208 году, июня в 3 день, явился в Якутцком в приказной избе, перед стольником и воеводою Дорофеем Афанасьевичем Траурнихтом да перед дьяком Максимом Романовым Якутцкий пятидесятник казачей Володимер Отласов и сказал:

В прошлом в 203 году, по указу великого государя, посылан был он Володимер с служилыми людьми за Нос в Анандырскоезимовье, для государева ясачного сбору. И собрав казну великого государя в Анадырском с ясачных Юкагирей на 205 год, выслал в Якуцкой город с служилыми людьми. И после ясачного платежю, в том же 205 году, по наказной памяти, пошел он Володимер из Анандырского на службу великого государя для прииску новых землиц и для призыву под самодержавную великого государя высокую руку вновь неясачных людей, которые под царскою высокосамодержавною рукою в ясачном платеже не бывали. А служилых де и промышленных людей ходило с ним Володимером 60 человек, да для соболиного промыслу Анандырских ясачных юкагирей 60 человек.

И шли де они из Анандырского чрез великие горы на оленях полтретьи недели и наехали подле моря к губе на Пенжинереке в Акланском и в Каменном и в Усть-Пенжинском острожках неясачных седячих пеших коряк человек ста с три и больши, и призвал их под государеву самодержавную высокую руку ласково и приветом, и собрав с них ясак лисицами красными, выслал в Якуцкой с служивыми людьми с Олешкою Пещерою с товарищи. А бою де у них с ними не было, потому что по государской участе (sic) учинились они неясашные коряки покорны.

А ружье де у них – луки и копье, и начального человека они над собою не знают, а слушают которой у них есть богатой [мужик. А товары де надобны им – железо, ножи и топоры и пальмы (?), потому что у них железо не родитца. А соболей деу них на устье Пенжины реки нет, а питаютца они рыбою, и аманаты не держатца (т. е. – не дают их?..).

И от тех де острогов поехал он Володимер с служилыми людьми в Камчатцкой нос, и ехал на оленях подле моря 2недели, и от того Камчатского носа, по скаскам иноземцов вожей, пошли они чрез высокую гору и пришед к Люторским острогам, к иноземцам к люторам, и по наказной памятии под царскую высокую руку призывал ласкою и приветом, и привел их немногихлюдей и в ясак писал с них лисицы. А промышляют де они те лисицы себе на одежю близь юрт своих, а соболиде от них по горам недалече белые, и соболей де они не промышляют, потому что в соболях они ничего не знают. И русские люди у них преж ево Володимерова с товарищи приезда нихто не бывали, для того они соболей не промышляли. И бою них с ними никакова не было, а ружье де у них луки и стрелы костяные и каменные, а железа у них нет и не родитца, и опричь железново – ножей ипалем и копий – иного они ничего у них не берут. А аманатов де своих они не держатца -ж.