— Знаешь, с самого начала путешествий сквозь так называемое «гиперпространство» было замечено, что человеческий мозг в условиях отсутствия эфира Чеснокова ведёт себя как-то странно. В одних случаях вроде бы умные люди непроходимо тупеют, у других наоборот — интеллект растёт как в гидропонной оранжерее. Именно тогда и возник проект «Совершенный Разум». Мурзик — продукт эксперимента «Котята-74». На корабле, находящемся в квазисостоянии, окотилась кошка. Для её котят была разработана оригинальная методика развития. Сейчас их интеллект в несколько раз превышает человеческий.

— А «Котята-73» имели место быть? — спросила Инга.

— Предыдущие семьдесят три, впрочем, как и последующие несколько тысяч подобных экспериментов, окончились полной неудачей, — вздохнул Константин. — И что самое интересное, никто не знает, почему именно эти котята неожиданно обрели разум, а все остальные остались просто котятами.

Инга смотрела на Мурзика и пыталась осознать, что вот в этом маленьком пушистом клубочке заключён интеллект, превосходящий интеллект человеческий.

— А как насчёт математики?!! — вдруг сообразила Инга. — Кошки же неспособны к абстрактному мышлению!

— Ты права, — Константин тяжело вздохнул. — Банальная математика этим котятам недоступна. Пытались даже создать «образную математику» и «образную физику», но в конечном итоге оказалось, что симбиоз с компьютером надёжнее.

— В Мурзика напихали чипов? — Инга с сожалением посмотрела на котёнка.

— Да нет, кто же решится оперировать мозг, который работает по непонятному для нас принципу…

Инга внимательно посмотрела на Константина, и глаза девушки округлились.

— Чипов напихали в меня, — подтвердил её догадку Константин. — А доступ к ним Мурзик осуществляет через слияние сознаний.

— Это жестокий мир, — Инга прижалась к плечу Константина. — Скажи, а какова цель твоей экспедиции? Только честно.

— Мы искали потерянные корабли… — Константин на секунду запнулся. — Мы искали совершенный разум, который мог бы развиться на одном из потерянных кораблей. Разум, который оперирует абсолютно иными категориями. Разум, по сравнению с которым Мурзик — просто глупый котёнок.

Искали. Это слово резануло Ингу по ушам.

— Значит, вы нашли его? В тот момент, когда я… из рубки — сюда?.. Знаешь, Костя, мой разум далёк от совершенства.

— Инга, — Константин обнял девушку за талию и нежно поцеловал в носик. — Когда Мурзик осуществлял переход «из каюты в рубку», он знал, где находится твой корабль и с какой скоростью он движется, у него даже была монтажная схема «Галилея». Ты же осуществила гораздо более красивый переход, не имея ни малейшего представления о местонахождении «Диптиха». Совершенный разум — удел котят, а мы нашли нечто большее… Совершенную интуицию.

Что-то закружилось в воздухе. Буратино задрал нос, Карлсон летел за пивом. Быстро и на бреющем. Обломок носа скрылся за горизонтом. Дротиком пронзил куда-то спешащий нос майора Ковалева, пригвоздив его к неподвижности. Кот в сапогах несся, не разбирая Невского. С разбега грохнулся о багровое препятствие. Вылетел из сапог дальнобойным снарядом. Описав крутенькую траекторию под «Мя-яуу!! Мать вашу! Вши вам во щи!». Разбил стекло в окне нехорошей квартиры. Врезался в мирно сидящего кота. «Мать моя Снежная Королева!». Икнув полу-улыбкой, бежал в угол слегка взбешенный Бегемот. «Жесточайше извиняюсь! Немного, кажется, примус помял?» — галантно шаркнул задней левой лапкой кот без сапог. «Я починю, починю!» — бессапожный кот рьяно начал драить шляпой примус. «Горячо! Горячо!» — крича угарно, взвился из примуса Керосиновый Джо. Изнутри надорвав улыбку в репродукции Джоконды, прикрывшись ею, как щитом, в дырочку моргнул Бегемот. «Ну ты, Бендер из Берендеевки, совсем сбрендил?!».

Кверху пузом повисла пауза.

Скрипнула дверь. Вошла белая-белая кошка из белой-белой палаты. «А где моя белая мышь?» — пугающе тихо вопрошала вошедшая.

Вверху синевато вздохнул выдыхающийся Керосиновый Джо.

Пауза перевернулась в виртуальном хрустальном гробу.

Было слышно, как где-то, в каком-то параллельном мире, случайно выигравший в карты Пушкин, жахнув на радостях пунша, предлагал махнуться не глядя бакенбардами портрету Николая I.

Бегемот вышел из-за картины Джоконды. (Дама была уже без улыбки). В глазах Бегемота нехорошо, но застойно горел «Огонек». Бегемот поправил на шее шарф. Выигранный накануне у кота Базилио, с которым случайно столкнулся в одной из московских пивных. «И ты тут, Базилио? Что, после вчерашнего кролики кровавые в глазах?». Базилио трагически посасывал пиво с усов, предварительно макнув их в кружку.

Он тягуче мыслил пару вопросов, ибо после очередной подставы лисы Алисы находился в международном розыске. Поэтому прекрасно понимал, что заграница лично ему не поможет. А коли поможет, то не надо как. Он пытался найти хоть какую-нибудь сакральную, но порочущую связь между двумя Алисами, также прикидывал, кому можно втюхать копье Дон Кихота. (Явно соструганное местным правшой из подобранной на обочине оглобли). Но сие его мало колыхало. Копье и шарф Базилио заменял у Остапа Бендера, впарив ему список «Ста подпольных богатеньких Буратино, по данным журнала «Форбс вам в спам».