– Нет, – мягко сказала Мэллори, – со мной все в порядке. Я не допущу, чтобы та история повторилась вновь. Ведь я не Карен.

Элла кивнула и, всхлипнув, крепко сжала ее руки.

– Я знаю, – прошептала она, а потом полезла в карман за носовым платком. По опыту общения с мамой Мэллори знала, что кризис миновал и самое страшное осталось позади. – Ты правда в порядке? – спросила Элла, вытирая слезы.

– Да, – ответила Мэллори.

– Значит, ты опять будешь моей доброй любимой девочкой?

Мэллори улыбнулась:

– Эта девочка никуда не исчезала. Просто я не могу быть все время, как в детстве, послушной и скромной. Я не в состоянии всю жизнь прожить так, как этого хочешь ты.

– И будешь продолжать встречаться с этим мужчиной?

Тут в кабинет неожиданно зашла Люсиль. Похоже, она все слышала и ответила за Мэллори:

– Надеюсь, что будет. Почему же нет? Он самый классный мужчина из всех, кого я когда-либо видела рядом с Мэллори.

– Не поощряй ее, – сказала Элла. – Это все слишком серьезно. Ее отношения с ним портят ей репутацию.

– Фу-у, – протянула Люсиль.

– Джейн боится, что это повлияет на ее Центр помощи.

– Чепуха, – сказала Люсиль. – И тебе должно быть стыдно, что ты слушаешь такие бредни. Нашей девочке давно пора перестать расплачиваться за чужие ошибки. Ты так не думаешь?

Элла повернулась и долгим взглядом окинула Мэллори. Похоже, ее очень удивила мысль, что кто-то может считать, будто она не сделала для счастья дочери все возможное и невозможное.

– За мои ошибки платила только я одна. Зачем приплетать сюда Мэллори?

– Затем, что все так и было. – Люсиль, как всегда, резала правду-матку, но голос ее звучал по-доброму. Она подошла к кофеварке, налила Элле чашечку, потом достала из кармана фляжку и капнула туда чего-то.

– Люсиль! – в ужасе воскликнула Элла, понюхав кофе. – Это же коньяк! Я на работе.

– Твоя смена подходит к концу. К тому же сейчас самое время.

– Для чего?

– Для того, чтобы тоже расправить крылья, как это сделала Мэллори. Кстати, о крыльях, – обратилась она к Мэллори, – они тебе сейчас понадобятся для общения с новым пациентом. Он тебя ждет.

Этим новым пациентом оказалась миссис Берленд. Бледная как полотно, она лежала на кровати.

– Опять ты, – сказала пациентка, когда Мэллори зашла к ней в палату.

– Да, это я, – ответила она и взяла тонометр. – В вашей карточке написано, что вы опять потеряли сознание после того, как вышли из ванной. Вы принимаете таблетки вовремя?

– Ну конечно. Я же не полная идиотка. Они просто не помогают.

– И вы пьете их после еды, как написано на упаковке?

Миссис Берленд сердито посмотрела на нее и ничего не сказала.

– Это значит «нет», – продолжила Мэллори. Она глянула на показания тонометра. Давление у старушки оказалось очень низким. – Когда вы вообще в последний раз ели?

– Хм-м…

Мэллори взяла ее маленькую сухую руку и стала считать пульс.

– Миссис Берленд, вы сегодня обедали?

Та возмущенно села на кровати и даже попыталась слезть с нее, чтобы выпрямиться во весь свой полутораметровый рост, но Мэллори ее удержала на месте.

– Я сама знаю, что мне надо делать и когда есть.

Мэллори посмотрела в ее слезящиеся глаза, и у нее сердце сжалось от жалости. Черт, похоже, она поняла, в чем была проблема. Миссис Берленд слишком ослабла, чтобы самой о себе позаботиться. А рядом не было ни друзей, ни родных, которые могли бы прийти ей на помощь. Все они уже давно сбежали из-за ее злобного, вздорного характера. Мэллори подошла к телефону в палате и набрала номер кафетерия.

– Стелла, это Мэллори. Принесите в третью палату поднос с обедом.

– Ну конечно, деточка. Ты засунешь в меня всякую дрянь и побежишь обниматься со своим дружком, о котором говорят все вокруг, да?

– Сегодня нет, – ответила Мэллори, разминая уставшие ноги.

Когда принесли еду, Мэллори подошла к своей сварливой пациентке. Та попыталась оттолкнуть от себя поднос, но Мэллори держала его очень крепко.

– Ну уж нет. На этот раз вам не удастся разбросать еду.

Лицо миссис Берленд перекосилось от ярости, и это был хороший признак. Значит, она уже чувствовала себя лучше. Мэллори чуть наклонилась к ней и сказала: