Я почти простонала. Собирать души еще тысячу лет. Но Кэш будет там. Я не могла отказаться от этого. И это касалось не только меня. Это касалось и его. Тысяча лет и мы сможем быть свободными вместе. Мы сможем быть вместе. Я неуверенно дотронулась до контракта.

– Еще тысяча лет сбора душ,- сказала я.
– Вот так. Без фокусов на этот раз. Никакой скрытой правды?

Бальтазар подался вперед, скрестил руки на столе и улыбнулся. Цвет утренней зари вспыхнул в том месте, где он коснулся стекла.

– Сбора душ? О, нет, Аная. Ты будешь делать что-то гораздо важнее этого.

Кэш

Жужжание тепла, воздушная секция и прохладный порыв от потолочного вентилятора привел меня в чувство. Я не сразу открыл глаза. Все еще витая в том месте между кошмаром и явью, я как-то боялся. Я разжал пальцы и позволил им исследовать хлопчатобумажные простыни и скомканное стеганое одеяло. Хлопок исчез, и они заскользили по гладкой теплой коже. Я остановился, прося, чтобы это не было сном, и позволил своим векам открыться. Аная сидела на крае моей кровати, улыбаясь мне.

Ранний утренний солнечный свет лился на нее полосками через жалюзи. Внезапно все нахлынуло. Жар теневой земли, холодная боль, потрескивающая как электричество через мое тело, я... мертвый. Я поднялся, тяжело дыша, и похлопал себя. Я не чувствовал себя мертвым. Я не вполне чувствовал себя самим собой, но... я откинул простыни и заглянул в мои боксеры.

– Слава Богу, - выдохнул я.

Рядом со мной засмеялась Аная.

– Из всех вещей ты благодаришь Господа.

Я шлепнулся обратно и провел пальцами по волосам, чувствуя, что достаточно грязные шипы сразу же встали обратно, как они всегда делали.

– Эй, после всего, что случилось, было бы не удивительно, если бы малыш не совершил эту поездку. И мы - команда. Мы держимся вместе.

Мой взгляд прошелся по Анае, и я не мог прожить еще минуту, не касаясь ее. Да, мне были нужны ответы. Но в данный момент, она была всем, что имело значение. Я потянулся и обхватил ее рукой за талию, чтобы притянуть ее ближе, но моя рука прошла прямо через нее. Мои брови сошлись на переносице, и я потянулся к ее колену, но мои пальцы попали в дым в тот момент, когда наша кожа соприкоснулась.

– Какого черта?
– Дрожа, я вытянул руку и уставился на запястье. Моя кожа немного мерцала, ничего подобного не было с кожей Анаи, но это было там. Какой-то серебристо-синий цвет бежал под моей коричневой кожей.
– Аная, что происходит?

– Тебе нужно сосредоточиться, чтобы вновь обрести телесность, - сказала она.
– Бальтазар сказал, что это не займет много времени, прежде чем ты сможешь все делать материальным, даже не думая об этом.

Я прищурился на свои пальцы и почувствовал небольшой протяжный звук электрического порыва к их кончикам. Когда я потянулся на сей раз, они сомкнулись на прекрасной атласной коже Анаи. Я не двигался. Просто смотрел на то, как загорался рой синих искр, где наша кожа соприкасалась.

– Сукин сын... я на самом деле мертв.

Аная протянула руку и слегка наклонила мой подбородок своими пальцами.

– Не полностью. Ты где-то между.

– И что это должно означать? Что он со мной сделал?

– Он вернул тебя к жизни, - сказала она.
– Как только ты научишься управлять своими способностями, то сможешь ходить среди живых полностью материальным, с бьющимся сердцем и так далее. Но у тебя также есть способность терять материальность для более легкого прохода между мирами. Бальтазар сказал, что для тебя будет лучше, при захвате сбежавших душ, если у них создастся впечатление, что ты просто еще один рассеянный человек.

Я вздохнул, пытаясь понять все это.

– Почему ты не можете делать этого?

– Ты - очень сильная душа. Большинство из нас не имеют даже и грамма той силы, которая требуется, чтобы осуществить что-то вроде этого.

Я кивнул.

– Так... я еще вроде жив. Но если я захочу, то смогу делать такие вещи, как ходить сквозь стены.

– Да.

Ладно. Это было чертовски странно, но я мог с этим жить. Это было большим, на что я надеялся. У меня все еще могла быть жизнь. Я мог снова увидеть Эмму и сказать ей, что я в порядке, что все удалось. Она не могла рассматривать это в таком ключе, но я видел другую сторону. Я видел, как это могло бы получиться. Я сидел здесь на моей постели с бьющимся в груди сердцем и с самой горячей девчонкой во вселенной... да, это определенно, могло быть хуже. Внезапно, я почувствовал себя везунчиком. Я почувствовал себя... хорошо.

Я глубоко вздохнул, и мои легкие раздулись без боли. Они просто покалывали и жужжали от искусственной жизни. Я обхватил рукой Анаю за талию и притянул ее достаточно близко, так чтобы наши бедра соприкоснулись. Я поднял другую руку, и она коснулась ладони, переплетая наши пальцы друг с другом в прекрасном узоре. Я должен был сосредоточиться, чтобы сохранять это, но мне не требовалось много усилий.

– Смотри.
– Она улыбнулась.
– Уже приобретается навык.

Я мельком взглянул на ее бедро, ища лезвие... но его не было. Там был коричневый кожаный пояс, на котором обычно висела коса. Я посмотрел ей в глаза и понял, что они тоже изменились. Яркие темно-коричневые с пятнами золота, вращающегося в глубинах. Улыбка осветила ее лицо.