Развернувшись к стоявшему рядом автоматчику, он вырвал «АК-47» у него из рук, нацелил его на Питта и уже нашаривал трясущимися пальцами спусковой крючок, когда грянул выстрел. На виске Бёльке появился четкий красный кружок, и его преисполненные яростью глаза закатились под лоб. Австрийский горный инженер рухнул на палубу, и автомат с лязгом выпал из его рук.

Питт увидел, что Чжоу держит в вытянутой руке китайский 9-миллиметровый пистолет с вьющимся из ствола дымком. Он медленно развернулся, окончив разворот, когда пистолет был нацелен Питту в грудь.

— А что, если бы я сделал, как просил Бёльке, и прикончил вас на месте?

Питт, сумевший поймать краешком глаза какую-то тень, ответил китайскому агенту лукавой усмешкой.

— Тогда бы вы присоединились ко мне на том свете уже через секунду.

Чжоу не столько увидел, сколько ощутил движение над головой. Задрал голову — и обнаружил, что на стене шлюза выстроилось с дюжину вооруженных людей, целящих из карабинов «М4» в него самого и в его команду — военных моряков, отряженных с эскадренного миноносца «Спрюэнс», стоящего в смежном шлюзе.

На лице Чжоу не отразилось ни тени тревоги.

— Это может привести к затруднительному инциденту между нашими странами, — произнес он.

— Ой ли? — не согласился Питт. — Вооруженные китайские инсургенты на борту судна под флагом Гуама были захвачены при попытке тайком вывезти из страны в безопасное место кровожадного рабовладельца? Да, пожалуй, вы правы. Это наверняка поставит в затруднительное положение хотя бы одну из наших стран.

— А если мы вернем планы? — с легкой запинкой осведомился Чжоу.

— Тогда, мне кажется, мы бы обменялись рукопожатием и пожелали друг другу счастливого пути.

Чжоу заглянул в зеленые глаза Питта, постигая душу дружелюбного врага, все-таки исхитрившегося взять верх. Повернулся и бросил несколько слов одному из своих автоматчиков. Тот медленно опустил оружие, пошел на мостик и минуту спустя вернулся с запечатанным контейнером, содержащим техническую документацию «Морской стрелы», и неохотно вручил его Питту.

Забрав контейнер, Дирк направился к лееру борта, но вдруг остановился, будто спохватившись, вернулся к Чжоу и протянул руку. Тот помедлил мгновение, вглядываясь в Питта, после чего принял руку и энергично ее тряхнул.

— Спасибо, что спасли мне жизнь, — проговорил Дирк. — Дважды.

Чжоу кивнул.

— Может, мне еще придется пожалеть о первом разе, — произнес он с едва уловимым намеком на улыбку.

Вернувшись к лееру, Питт принялся взбираться по лестнице на стену шлюзовой камеры, бережно прижимая контейнер к себе. Добравшись до верха, помахал в знак благодарности военным морякам на противоположной стене — и тут же был арестован силами безопасности администрации канала.

— Босс, похоже, у нас компания. Сидя в шезлонге под зонтом, Эл Джордино пинком открыл крышку холодильника и швырнул пустую пивную бутылку внутрь. Затем опустил крышку и положил забинтованную ногу сверху, как на скамеечку, глядя на приближающийся быстроходный катер. Одет он был по-пляжному — в шорты и гавайскую рубашку, хотя находился на барже посреди Панамского канала.

— Надеюсь, это не очередной представитель администрации канала, — отозвался Питт-старший, сидевший на корточках неподалеку, проверяя разложенное по палубе водолазное снаряжение.

— Вообще-то больше смахивает на нашего человека из Вашингтона.

Катер подошел к борту, и на баржу запрыгнул Руди Ганн с дорожной сумкой через плечо. Его брюки цвета хаки и оксфордская рубашка насквозь промокли от пота.

— Привет вам, разрушители каналов, — изрек он, обнимаясь со старыми друзьями. — Мне никто не сказал, что здесь похуже, чем в Вашингтоне в августе.

— Все не так скверно, — ответил Джордино, выуживая для него из холодильника бутылку пива. — Аллигаторы тут куда мельче.

— Вообще-то тебе не обязательно было лететь сюда, чтобы узнать, как мы себя чувствуем, — заметил Питт.

— Поверьте, я просто счастлив возможности сбежать из этого города. С этим сносом дамбы и затопленными кораблями по всему каналу вы породили просто какой-то информационный кошмар. — Ганн посмотрел вдоль русла на большой зеленый корабль, сидящий на мели у берега. Бригада рабочих хлопотала вокруг его покореженного носа, делая заплаточный ремонт, чтобы можно было сплавить его дальше по каналу. — Это и есть «Аделаида»?