— А она что здесь делает? — обернулся Пабло к Кларенсу.

— Нам было велено захватить ее, — пояснил Кларенс, — но не пускать в расход, так что вот она здесь.

Сунув руку под куртку, Пабло выхватил пистолет «Глок» и направил его вглубь фургона.

— Эй, чувак, не надо кончать ее в машине, — осадил его Кларенс. — Она прокатная.

— Ладно.

Развернувшись, Пабло в упор выстрелил из «Глока» прямо Кларенсу в лицо. Не успел еще труп упасть, как его напарник бросился на Пабло. Но колумбиец оказался проворнее. Развернувшись, он всадил тому в грудь три пули подряд. Смертельно раненный бандит сумел только схватить Пабло за грудки, заставив рухнуть на колени, прежде чем упал бездыханным.

Энн закричала, но крик ее заглушила полоска технического скотча. Секунду-другую Пабло просто смотрел на нее, после чего спокойно сунул «Глок» в кобуру. Наклонившись, вытащил Энн из фургона и швырнул на оставшийся тюк сена.

— Боюсь, убивать вас здесь плохая мысль.

Она в ужасе смотрела, как он закидывает оба трупа в фургон и захлопывает дверцы. Швырнув окровавленный конверт с деньгами в сторону Энн, Пабло посмотрел на нее и приказал:

— Не шевелись.

Через несколько секунд он вывел фургон из амбара, вздымая клубы пыли вперемешку с соломой. Немного отъехав, остановился, тщательно сориентировав фургон. Потом опустил стекла, снял с брелока все ключи, кроме ключа зажигания, после чего прошелся вокруг, осматривая землю, пока не нашел большой плоский камень. Положил его на педаль газа, вдавив ее в пол. Потом выбрался из машины, сунул руку в открытое окно и включил зажигание. Не дав оборотам взмыть до максимума, включил переднюю передачу и отпрыгнул.

Задние шины чуть пробуксовали в рыхлой земле, а затем фургон рванул вперед. Проехав не более пятидесяти футов, вильнул в сторону, козлом скакнув в небольшой канаве, но инерция вынесла его на ту сторону, через небольшую насыпь, с которой он влетел в пруд.

Как только фургон нырнул, подняв зеленую воду стеной, плававший в пруду одинокий гусь забил крыльями с гневным гоготом. Через считанные секунды фургон заполнился водой и скрылся в глубине, оставив за собой лишь стремительно убывающую вереницу пузырей.

Не дожидаясь, когда автомобиль утонет, Пабло бегом припустил обратно к амбару. Подхватил конверт, швырнул его в кабину тягача и только после этого вернулся к Энн. Ни слова не говоря, перенес ее в кабину и бросил в отделение позади сидений.

— Устраивайся поудобнее, — проговорил он, заводя двигатель и включая передачу. — Поездка нас ждет долгая.

Вертолет, стремительно мчащийся над макушками деревьев, пронесся над крышами ангаров, к вящему изумлению сановников, сидевших вдоль взлетно-посадочной дорожки. Фюзеляж этой военной «вертушки», демонстрирующий взгляду острые углы и покрытый поглощающим материалом, делал ее практически невидимой для радаров. Специальный композитный пятилопастной несущий винт и такой же хвостовой тоже вносили свой вклад в невидимость, существенно ослабляя акустический след. Эксперт по авиации из «Джейнс дифенс уикли» с первого же взгляда опознал в машине «Стелс Хок» — один из радикально модифицированных «Блэк Хоков UH-80» армии США, наподобие того, который использовался в рейде по ликвидации Усамы бен Ладена. Но этот вертолет был целиком китайского производства.

Машина совершила круг над авиабазой Янцун к югу от Пекина, прожужжав несколько раз над полем, прежде чем сесть. Толпа генералов и чиновников оборонного ведомства стоя аплодировала демонстрации новейшего технического триумфа державы. Овации понемногу стихли, когда на трибуну поднялся видный партработник, пустившийся в заезженную диатрибу, превозносящую величие Китая.

Эдуард Бёльке склонился к человеку с глазками-пулями в мундире, увешанном медалями.

— Великолепный летательный аппарат, генерал Цзиньтай.

— Да, и вправду, — согласился тот. — И чтобы построить его, ваша помощь нам не потребовалась.

Бёльке принял этот выпад с усмешкой. Буквально только что приняв звонок Пабло из Мэриленда, он так и лучился самодовольством.

Толпа пережила еще несколько велеречивых панегириков, прежде чем ее гуртом завернули в открытый ангар с фуршетом. Бёльке направился следом за генералом, заместителем председателя китайского Центрального военного комитета, толкавшимся среди прочих высших чинов Народно-освободительной армии. Расспросив коллегу-генерала о его новом кондоминиуме в Гонконге, Цзиньтай вернулся к Бёльке.

— Ну вот, долг гостеприимства исполнен, — доложил он австрийцу. — Надо ли нам обсудить какие-то дела?

— Если вам угодно, — отозвался тот.

— Очень хорошо. Позвольте мне найти нашего главного куратора разведки, и поговорим без лишних ушей.

Осмотрев толпу, Цзиньтай отыскал субтильного очкарика, пьющего пиво «Хайнекен» — Тао Ляна, начальника бюро Министерства государственной безопасности — агентства, помимо прочего занимающегося разведывательной и контрразведывательной деятельностью Китая. Тао вел беседу с Чжоу Сином, полевым агентом из Баян-Обо, спокойно разглядывавшим собрание сановников. Этот похожий на крестьянина человечек деликатно уведомил Тао, что Цзиньтай разыскивает его, когда генерал был только на полпути через просторное помещение.

— Тао, вот вы где, — сказал генерал. — Пойдемте, нам надо оценить деловое предложение нашего старого друга Эдуарда Бёльке.

— Наш старый друг Бёльке, — язвительно протянул Тао. — Да уж, любопытно, в чем состоят его свежие предложения.

С увязавшимся следом Чжоу они через ангар прошли в уединенный кабинет, уже подготовленный для них, с переносным баром и тарелкой дим-самов. Налив себе виски, Цзиньтай уселся с остальными за стол красного дерева для переговоров.