– Так случается в большинстве домов, но не здесь – хозяйка меняет женщин. На днях должен приехать хозяин из Монтобана – он оплатит долги девушек, которых пожелает взять с собой.

– Стало быть, вы вынуждены продолжать торговать собой из-за долгов. Но разве вы не можете бежать? – спросила Поль.

– Жандармы арестуют нас за воровство: за нами – неоплаченные долги. Вы побледнели! Вам нехорошо? – удивленно спросили девушки.

– Не прикасайтесь ко мне! – воскликнула Поль, вытирая со лба холодный пот. Жалость не заглушила в ней отвращения.

Открылась дверь, и на пороге появилась заплаканная девушка. Ступая с трудом, она села поодаль.

– Клоди оплатит долги. Она получит увечья, но выберется отсюда.

Небо́ посмотрел на девушку – бесчестье не лишило ее отваги. Она положила ногу на ногу, и он подавил испуг – чулок был в крови. В эту минуту вошла сводница.

– Ирма, – велела она. – Ступай и не делай глупостей – этот мсье приходил вчера.

– Нет! – закричала девушка. – Я знаю, чего он хочет, я не пойду!

– Я предупреждала тебя в самом начале…

Всегда спокойный и добродушный Небо́, обладавший сильной волей, покраснел от стыда и закрыл лицо руками.

– Боже мой… Боже мой… – шептал он.

Внезапно он закричал:

– Исчезни с глаз моих, чудовище!

Испугавшись, сводница выбежала из гостиной.

– Вы пугаете меня, – сказала принцесса.

– Будь проклят человек, попирающий законы природы! Будь проклято государство, принуждающее обездоленных подчиниться! Будь проклято общество, разрешившее Содом и Гоморру каждому! Будь прокляты буржуа, приносящие сердца своих дочерей на алтарь кровавого сладострастия – будь они трижды прокляты до своего рождения!

Его голос становился все глуше, и лицо вновь обретало спокойное и строгое выражение.

На пороге гостиной стоял муж сводницы – на нем не было сюртука, а рукава сорочки были закатаны.

– Вы проявили к моей жене неуважение!

– Ты – не мужчина, и твоя жена – не женщина. Вы – хуже животных, и нет слова, которым вы могли бы называться. Я не убью тебя лишь потому, что ты вызываешь отвращение!

Сводник разразился бранью. Разгоряченная гневными словами Небо́, Поль выхватила револьвер и, не прицеливаясь, нажала на курок. Пуля сбила шапку сводника – внезапно струсив, тот выбежал из гостиной.

Девушки в суматохе выбежали из гостиной. Раздался грохот дверного засова.

– Быстрее, – воскликнула Клоди, – толкайте диван к двери!

– Подождите, – крикнул ей Небо́. – Я оплачу ваш долг – вы выйдете отсюда с нами!

Внезапно погас свет, и принцесса испугалась.

– Поль, держите катушку!

Небо́ поджег магниевую ленту, и гостиная засияла ярким светом.

Услышав собачий лай, Клоди закричала:

– Собаки! Два страшных бульдога!

Отвинтив набалдашник трости, Небо́ нагнулся над диваном, словно матадор, ожидающий прыжка быка. В его руке блеснуло тонкое лезвие – один из псов забился в судорогах, второй упал замертво.

– Настало время стрелять!

– Я позову жандармов! – закричал сводник, не решавшийся покинуть укрытия.

– Поторопись, негодяй! Сообщи жандармам, что ты пытался убить графа Ладисласа Нороски, советника русского посольства.

Небо́ расстегнул сюртук – к белому лацкану жилета была приколота лента «Черного орла».

– Ступайте, господа, – сказал сводник, испугавшись, что какой-нибудь влиятельный господин велит ему закрыть притон. – Ваша взяла.

– Прежде зажги лампы – магниевые спички дороги. Принеси одежду для Клоди и расписку о возврате долга. Сколько вы должны?

– Четыре сотни франков, но у меня в чулке – два луидора, – она протянула ему запачканные кровью монеты.

– Оставьте их себе и зажгите свет.

Через мгновение хозяин притона дал расписку в получении денег. Небо́ свернул четыре банкноты, вложил их в дуло револьвера и протянул хозяину.

Хозяин бросил на диван одежду для девушки.

– Пусть все покинут коридор!

Отодвинув диван и переступив через лежавших на полу псов, они очутились у запертой входной двери. В эту минуту к ним подбежала Ирма, протягивая ключ.

– Бежим с нами! – сказал ей Небо́.

– Вы станете меня содержать?

– Мы поможем вам найти работу.

– Я отвыкла работать – не пройдет и месяца, как я вернусь сюда. Для чего же уходить? – произнеся эти слова, она заперла за ними дверь.

– Куда вас теперь везти, Клоди?

– Я в вашем распоряжении – вы купили меня.

– Мы выкупили вас, Клоди. Выкуп пленника – доброе деяние.

– Стало быть, вы меня спасли… Стало быть, вы – святые!

– Это самое прекрасное слово, которое может услышать человек, и самый почетный титул, которого он может удостоиться. Не так ли, Поль?