– Изадора, ты не можешь позволить ему так с собой поступить, – громче сказала Кейси, подходя к сестре. – Это какое-то средневековье!

– Достаточно! – проскрипел царь, пытаясь усесться повыше на подушках своей гигантской кровати под балдахином.

Пренебрегая жужжанием в голове, которое длилось последние десять минут, Каллия разложила свои инструменты и наклонилась, чтобы помочь правителю передвинуться в кровати.

Царь нахмурился, раздраженный собственной немощью, но не противился Каллии. Сегодня его разум был ясен, и Леонидас пользовался этим, пока мог.

– Изадора выйдет замуж до ближайшего полнолуния. И точка!

Кейси судорожно сглотнула.

– Это неправильно, и ты это знаешь.

Царь повернулся к своей темноволосой дочери. Она никогда не станет царицей, просто потому что ее мать была человеком, хотя из Кейси получилась бы более сильная и мудрая правительница, и все об этом знали. Леонидас прищурился, чтобы прояснить зрение.

Каллия знала, что он видит лишь темные смутные силуэты.

– Союз Изадоры с хранителем, которого я выбрал, – гарантия того, что Совет не сможет оспорить ее власть. Ты уже лишила меня первого претендента, Акация. И не тебе решать, кого я выберу вместо него.

В комнате повисло тяжелое молчание. Каллия чувствовала его каждой косточкой. Она не понаслышке знала о деспотичных, властных отцах. И понимала, что когда они утверждают правила, гинайкеостается лишь повиноваться. Про себя Каллия прокляла их патриархальное общество, которое давало женщинам возможность делать то, что они хотят, лишь под опекой мужчины.

Изадора по-прежнему не поднимала голову и не смотрела ни на отца, ни на сестру. И хотя Каллия с принцессой никогда не были близки, в глубине души Каллия переживала за нее. Но ей не хотелось ни признаться, ни искоренить свои чувства.

Готовясь покончить с семейной драмой, Каллия собрала оставшиеся вещи и закрыла сумку. Будучи личным лекарем царя, она подолгу оставалась здесь в последнее время, помогая Леонидасу, наблюдая за его болезнью на протяжении нескольких месяцев, но не испытывала ни малейшего удовольствия. Особенно сейчас, с такой мигренью. И каждый раз, приходя в замок, она рисковала встречей с аргонавтом. А этого рандеву целительница избегала любой ценой.

– Завтра утром я приду проведать вас.

Шишковатая ладонь царя взметнулась и обхватила руку Каллии, прежде чем та успела отойти. Даже в шестьсот восемьдесят четыре года и с телом наконец уступающим старости, Леонидас был еще сильнее многих.

– Мне нужно, чтобы ты осталась.

Каллию кольнуло беспокойство.

– В этом нет необходимости, ваше величество. А у меня накопилась работа в клинике, которой надо срочно заняться по возвращении.

– Через неделю наступит новолуние. После того, как я объявлю свое решение аргонавтам, ты должна выдать заключение, что мой избранник на пике физической формы. Мне нужно удостовериться, что он способен немедленно зачать наследника. Используй мой кабинет для осмотра.

Каллия быстро взглянула на Изадору, которая опустила голову еще ниже, если это возможно. Хорошенькое, должно быть, чувство, что в ней видят лишь племенную кобылу. Но великие боги. Сейчас у Каллии были более серьезные причины для беспокойства. Царь хотел, чтобы она провела физический осмотр. Избранного им аргонавта. Сегодня. Она могла представить тысячу других мук, которые предпочла бы этой.

– Ммм. Уверена, в другой раз...

– Это не просьба.

Царь отпустил ее руку и рявкнул:

– Алтея!

В комнату вбежала его сиделка с миской.

– Да, ваше величество.

– Приведи ко мне Деметрия. Он вместе со специальной стражей тренирует в Сторожке новичков. Я хочу, чтобы он с другими аргонавтами прибыл сюда в течение часа.

Глаза Алтеи расширились от того же беспокойства, которое внезапно пронзило грудь Каллии.

– Все, ваше величество?

Слабым движением руки он отмахнулся от вопроса.

– Иди. Сейчас же.

– Ммм, ваше величество, – начала Каллия, когда Алтея выбежала из комнаты. – Я действительно думаю...

– Изадора, – сказал царь, игнорируя настойчивые протесты целительницы, – проводи Каллию в мой кабинет и убедись, что у нее есть все необходимое для осмотра. Я хочу, чтобы вы обе вернулись, когда прибудут аргонавты.

Изадора не решилась спорить. Она тихо повернулась к двери, так что ее туфли и не шаркнули по каменному полу. Глядя вслед принцессе, Каллия удрученно вздохнула. Ей оставалось лишь пойти за Изой.

– Акация, – внимание царя переключилось на другую дочь. – Найди этого своего мужа. Пусть призовет своих хранителей, где бы они ни были. Не хочу слышать отговорок. Пусть явятся сюда. Все. Ясно?

Скрестив руки на груди, Кейси нахмурилась и подошла вплотную к кровати. Одетая в белую блузку без рукавов и черные накрахмаленные штаны, она, в отличие от Изадоры, не съежилась перед царем. И без колебаний поставила отца на место.

– О, не беспокойся, я найду Терона и в точности передам ему, что ты затеял.