Его голова раскалывалась от боли.

– Я сказала, мне нужен твой совет.

– Я не твой советник.

– Нет, но в настоящий момент ты единственный посредник между мной и Тома Гонзага.

– Но я и не посредник, – возразил Курц.

– И я, и Гонзага одновременно попытались нанять тебя, чтобы найти этого убийцу наркоторговцев. Что тебе предложил Гонзага?

Не убивать меня до вторника, подумал Курц.

– Сто тысяч долларов.

Краска сошла с лица женщины.

– Иисусе Христе, мать твою, – прошептала она.

– Аминь, – добавил Курц.

– Это несерьезно, – заявила она. – С чего Гонзаге столько платить тебе?

– А я-то думал, что вы тоже уже привыкли называть друг друга по именам, – поддел ее Курц. – Почему ты не сказала "Тома"?

– Курц, мать твою, отвечай на вопрос.

Курц пожал плечами.

– Его семья потеряла семнадцать клиентов и дилеров среднего звена. Ты – только пять. Возможно, найти тех, кто это сделал, стоит ста кусков.

– Или он и не собирается тебе платить.

– Есть и такой вариант.

– А почему именно ты? Не похоже, что ты – Сэм Пиковый Туз, – сказала она, оглядевшись. – Что это тут у тебя за чушь? Какие-то "Свадебные колокола"…

– Интернет-фирма, – пояснил Курц.

– Своего рода прикрытие?

– Ни в коем случае.

Или прикрытие? Кто же я теперь, в самом деле, подумал Курц. Его голова слишком сильно болела, чтобы обдумывать столь сложные гносеологические вопросы.

Анджелина встала, одернула платье и подошла к софе.

– Мне нужна помощь, Курц.

Быстро мы вернулись к обращению по фамилии, подумал он и стал ждать.

Она остановилась рядом со своим пальто, висящим на спинке софы.

Курц слегка подвинул вперед руку. Если она взяла с собой свой пистолет "Компакт Уитнесс" калибра 0.45 дюйма, он в кармане пальто.

– Ты знаешь людей, – сказала она. – Знаешь все отребье этого города. Алкоголиков, наркоманов, нищих и убийц.

– Благодарю, – ответил Курц. – Нынешняя компания – не в счет.

Анджелина посмотрела на него и полезла в карман пальто.

Курц достал свой револьвер из кобуры ровно наполовину.

Анджелина вытащила из кармана пачку сигарет и зажигалку. Прикурив, она засунула пачку и зажигалку обратно и снова пошла к окну. Она не смотрела наружу, просто стояла и курила, глядя на свое отражение в оконном стекле.

– Все в порядке, – сказал Курц. – Можешь курить не у окна.

– Благодарю, – с ноткой сарказма в голосе ответила Анджелина, стряхивая пепел в пепельницу Арлин.

– На самом деле я просто удивлен, что ты куришь, – сказал Курц. – Бегая два раза в день, и тому подобное.

– Обычно я не курю, – ответила она, подперев левой ладонью правый локоть и продолжая глядеть в никуда. – Надоедливая привычка, которую я подхватила за годы жизни в Европе. Сейчас я делаю это только тогда, когда сильно нервничаю.

– Так что же тебе нужно? – в третий раз спросил Курц.

Она обернулась к нему.

– Я полагаю, что существует вероятность того, что Тома Гонзага и Героинчик действуют заодно, пытаясь вывести меня из игры. Мне нужен человек со стороны, ни от кого не зависящий и играющий за меня.

Курца по-разному называли в течение его жизни, но вот независимым человеком – никогда.

– Вариант с тем, что за событиями стоит Гонзага, нелогичен, – возразил он. – Тома потерял семнадцать человек.

– А ты видел хоть один труп? – спросила Анджелина.

Курц покачал головой.

– Но ты сама сказала, что убийца забирает трупы с собой, в случае с твоими людьми.

– Я знаю, что моих клиентов и дилеров убили. Мои люди выезжали на место и вытирали с пола и стен кровь и мозги.

– И ты считаешь, что Гонзага предъявляет фальшивый список своих потерь только для того, чтобы спокойно уничтожать твоих людей?

Анджелина сделала выразительный жест, принятый среди итальянцев, и снова стряхнула пепел с сигареты.

– Это было бы прекрасным прикрытием, не так ли? Моя семья должна войти в героиновый бизнес на серьезном уровне, иначе Гонзаги завернут все наркодоллары запада штата Нью-Йорк на себя.

– Игорного бизнеса, вымогательств и проституции уже недостаточно? – спросил Курц. – Куда катится этот мир?