И эти поместья, каждое из которых было расположено в своей тенистой обособленности, а самые значительные из них угнездились на неприступных на вид утесах, как, например, поместье Эшли-Монтегю, казались нереальными, словно сказочные замки из книжек.

Харлен что-то прокричал из машины, и Дейл пришел в себя и понял, что уже не меньше минуты стоит тут на самом солнцепеке. Кроме этого, он осознал, что здорово напуган. Тогда мальчик поскорее наклонился к черной решетке переговорного устройства, чувствуя, как напрягается от страха шея и сжимается желудок, и попытался понять, как привести эту штуку в действие.

– Могу я помочь вам, молодой человек? – раздался голос из динамика.

Это был мужской голос, произносивший слова с четкой артикуляцией, как обычно делали актеры в английских фильмах. Дейл тут же вспомнил Джорджа Сандерса в фильме «Ястреб», который недавно показывали по телевидению. Мальчик заморгал и стал оглядываться. Камеры вроде нигде не было видно, откуда же они узнали, что он здесь стоит? Кто-то следит за ним в бинокль из дома?

– Могу я помочь вам? – повторил голос.

– Ну да, – сказал Дейл, чувствуя, как у него во рту внезапно пересохло. – Вы мистер Эшли-Монтегю? – Едва произнеся эти слова, он уже понял, что сморозил глупость.

– Мистер Эшли-Монтегю занят, – сказал голос. – Вы, джентльмены, имеете какое-нибудь дело к мистеру Эшли-Монтегю или мне придется вызвать полицию?

Сердце Дейла подпрыгнуло и ухнуло куда-то вниз, но уголком разума он отметил: «Где бы этот парень ни был, он нас видит».

– Нет, нет, – сказал Дейл, не зная, чему именно он говорит «нет». – Я хочу сказать, что у нас есть дело к мистеру Эшли-Монтегю.

– Пожалуйста, изложите ваше дело, – попросила черная коробка.

Кованая решетка ворот была такой высокой и широкой, что, казалось, никогда в жизни не бывала открытой.

Дейл заглянул в машину, как бы обращаясь к Харлену за помощью. Джим сидел, сжимая в руках пистолет, но все-таки предусмотрительно держал его ниже уровня сиденья, опасаясь то ли камеры, то ли перископа, то ли еще чего-то. Господи, что, если сейчас нагрянут копы?

Из машины высунулся Конгден и визгливо закричал, обращаясь к черной коробке:

– Эй, скажите там, что эти ублюдки целятся из пистолета в мою машину. Эй! Скажите им это!

Дейл подошел поближе к микрофону, стараясь загородить орущего Конгдена. Он не знал, слышала ли эти крики коробка, но голос с британским акцентом больше не заговорил. Все: и ворота, и лес, и холмы, и газон, и небо цвета вороненого металла, – все, казалось, ожидало его ответа.

«Какого дьявола я не подготовился как следует, пока ехал сюда?» – со злостью на себя подумал Дейл.

– Скажите мистеру… э… скажите ему, что я здесь из-за колокола Борджа, – заговорил наконец Дейл. – Скажите ему, что мне нужно срочно с ним поговорить.

– Одну минуту, – произнес голос.

Дейл смахнул с лица пот, и вдруг ему на ум пришла сцена из фильма «Волшебник из страны Оз», когда парень, охранявший ворота в Изумрудный город, заставил мучиться перед ними Дороти и остальных путников, которые только что перенесли такие ужасные мучения во время своих скитаний.

– Мистер Эшли-Монтегю занят, – наконец сказал голос. – Он просил его не беспокоить. Всего доброго.

Дейл смущенно потер нос. Еще никто и никогда не желал ему «всего доброго».

Сегодня был день настоящих открытий.

– Эй! – закричал он, хватая рукой микрофон. – Скажите ему, что это очень важно. Скажите ему, что мы приехали, чтобы поговорить с ним! Скажите ему, что мы проделали такой долгий путь, чтобы…

Коробка оставалась немой. Ворота оставались запертыми. Никто и ничто не появилось в пространстве между домом и воротами.

Дейл шагнул назад и измерил взглядом высокую кирпичную стену, отделявшую владения миллионера от Гранд-Вью. Можно было бы влезть на нее, если Харлен подсадит его, но, возможно, тут есть овчарки или доберман-пинчеры… А люди, прячущиеся между деревьями, с автоматами в руках… А копы, которые тут же принесутся и засекут Харлена с револьвером…

Боже милостивый, мама думает, что я играю в бейсбол или сижу у Майка, а тут ей звонят из полицейского участка в Пеории и говорят, что я задержан за посягательство на чужую собственность, ношение незарегистрированного оружия и попытку похищения ребенка. Нет, подумал он тут же, ношение и похищение достанутся на долю Харлена.

Дейл схватил микрофон и, прижавшись к нему лицом, закричал что было сил, даже не зная, включена ли эта штуковина вообще и есть ли на другом конце слушатель или он давно ушел по своим делам в Изумрудный город.

– Слушай меня, черт возьми! – кричал он. – Скажи мистеру Эшли-Монтегю, что я знаю все о колоколе Борджа, и о том цветном, которого повесили, и о погибших детях… о тех, которые погибли тогда, и о тех, которые погибли недавно… о, черт.

Выпустив пар, Дейл уселся на горячий тротуар.