Соседом у первого живого пленного был худощавый бледнокожий парень, одетый в длинную грязную рубашку, и сидящий привалившись спиной к стене. Худое лицо украшали темно синие волосы, спадающие до середины плеч, ни бровей ни ресниц не было, на пальцах вместо ногтей росли по орлиному загнутые когти, тоже синего цвета, а из под прядей волос выглядывали остроконечные уши.

– еще одна разновидность эльфа? – ни к кому конкретно не обращаясь спросил Макс.

Услышав вопрос, парень поднял голову, и открыл глаза, внешне которые оказались очень похожи на то, что молодой маг вынужден видеть смотрясь в зеркало.

– если бы, господин. Мы с братом родились в опасном месте, там где жили беженцы из разных стран, пока господин Легат на согнал туда своих доблестных солдат, и не вырезал все. Население. Нас же взяли с собой и определили сюда, для развлечения высоких господ. – парень иронично улыбнулся, показывая тонкие клыки. – скажите, господин, мой брат еще жив, я давно не слышу его дыхания? Он похож на щенка, и сидит в соседней камере.

– жив. – ответил Максим, и перешел к последней нише.

То что он увидел там, слихвой компенсировало разочарование от смерти крылатого человека. Прижавшись к полу, и изображая глубокий сон, там лежала женщина ящерица. Даже при глубоком истощении, она сохранила изящность линий, да и хоть и небольшая, грудь выдавала в ней женщину. Зеленая кожа-чешуя, хищное чуть вытянутое лицо, когтистые руки и ноги, а дополнял картину длинный хвост, заканчивающийся трещоткой как у гремучей змеи. Единственным недостатком было полное отсутствие волос, но это компенсировалось гладкой пурпурно-зеленой чешуей.

– и как же тебя зовут, чудо зеленое? – спросил Максим, растягивая губы в насмешливую улыбку.

Женщина-ящерица, мгновенно вскочила на ноги, двигаясь легко и быстро. Это ее движение было столь неожиданным, что все кроме Максима и Гвен, отшатнулись от решетки.

Золотистые глаза вперились в молодого мага, узкие зрачки еще больше сузились, выдавая разочарование женщины тем, что ее так легко раскусили.

– Тришшш. – идеально парадируя шипение Максима, произнесла она, не забыв показать острые игольчатые зубы.

"и у этой клыки, похоже я хорошо вписался бы в их компанию" подумал Макс, и с сожалением почувствовал внутреннюю пустоту, когда не дождался язвительного комментария он Молнии.

У Триш была тонкая фигура, однако не хрупкая как если бы она была человеком, а гибкая и сильная, даже в таком состоянии. Единственной одеждой ей служила тряпка, повязанная на бедрах, благодаря чему женщину удалось внимательно рассмотреть.

Ничуть не стесняясь столь пристального внимания, Триш дождалась пока Максим осмотрит ее с ног до головы, а затем сложила руки на груди, и спросила:

– господин доволен увиденным, или может он хочет составить мне компанию по эту сторону решетки, и убедиться в том, что я умею? – хитро сощурившись она широко улыбнулась, во время чего облизнула зубы раздвоенным языком.

Максим живо представил, как "нежные ручки" сворачивают ему шею, а острые зубки впиваются в горло.

– еще раз попробуешь что-то подобное, и я буду убивать тебя очень долго и мучительно. – ласково пообещала Гвен, убидившись, что Максим оправился от внезапной атаки.

– ну попробовать-то стоило. – обижено надув губки буркнула Триш.

Мерное потряхивание трещотки гипнотизировало, но на этот раз Максим был готов. Он направил открытую ладонь на женщину-ящерицу, и метнул в нее сгусток плотного воздуха, собравший в себя мелкую каменную крошку.

Навождение схлынуло с солдат в тот момент, когда Триш с неприятный хлюпаньем врезалась в стену, а затем сползла на пол, оставляя кровавый след на камне. Ее тело было изрезано мелкими царапинами, которые быстро набухали кровью.

– я хочу, что бы всю троицу накормили и отмыли. Дайте им новую одежду, и поселите в комнатах для гостей, в качестве охраны поставьте магов и оборотней, при первой же попытке бежать, разрешаю применять силу. Единственное требование, они должны остаться живы. – все это было сказано достаточно громко, что бы слышали не только стражники, но и заключенные.

На удивленные взгляды, Максим не стал давать никаких объяснений, а резвернулся и быстрым шагом пошел к выходу. Сопровождала его только Гвен, так как растерянная стража продолжала стоять на своих местах.

Морщась от боли, Триш подползла к решетке, и взглядом проводила незнакомого мага. За короткое время она сделала все, что бы ее убили, дважды напала, проявила максимум неуважения, но осталась жива. Она чувствовала ауру власти, окружающую странного мага, и невольно почувствовала, как ее тянет к этому жестокому и опасному мужчине.

Она не знала, в прочем как и все остальные, что на ее подсознание уже подействовала тьма, живущая внутри Максима. эта тьма, воздействовала на всех, кто слышал голос мага или смотрел ему в глаза, и чем дольше продолжалось общение, тем сильнее проявлялся эффект. Таким же образом, древние носители тьмы порабощали своих слуг, к счастью для окружающих, полностью подчинялись лишь слабовольные существа, остальные сохраняли свой разум, и свою волю, даже после длительной обработки. Но отпечаток тьмы оставался на всех.