– Пожалуйста, дайте Темпест овощной бульон, - проинструктировал Дарий свою сестру.

Темпест покачала головой решительно.

– Я действительно не могу поесть, Дезари, но все равно спасибо. Я просто хочу пойти поспать в течение недели или около того.

Дарий поглядел на свою сестру, быстрый, устойчивый взгляд, который она могла прочитать слишком легко.

Она кивнула почти незаметно.

– Пойдемте, мы должны позволить немного им помыться.

Бaрaк проворчал низко в его горле.

– Синдил, у Сaши есть потребность в наших целебных полномочий. Я понесу ее, а ты принесешь травы.

Брови Синдил поднялись.

– Ты забыл, что мы развлекаем гостя? Я собиралась угостить его обедом и затем взять на прогулку с собой.

Бaрaк поймал ее руку чуть выше локтя.

– Не продолжай травить меня, Синдил. У меня есть только такое терпение.

Она послала ему надменный взгляд.

– Я не должна отвечать тебе, варвару. Не теперь, не когда-либо.

– Дайян может пойти с нашим драгоценным гостем в лес. Я пошлю лес, охотящийся на него, - дал осечку Бaрaк.
– Ты останешься со мной.

– Я думаю, что ты забылся. Синдил впилась взглядом в него.
– Я уезжаю на некоторое время, беря маленький отпуск.

Был момент тишины. Голова Дария запракинулась, его черные глаза загорелись, но он воздержался от сильного протеста источник, которого был его пределах. Дайян приостановился в процессе направления к автобусу, его лицо, внезапно стало резким. Даже Юлиан затих, как будто Синдил уронила бомбу.

– С тем человеком?
– зашипел мягко Барак, угрожающе, между сжатыми зубами.

Синдил поднила в воздух подбородок воинственно.

– Это не твое дело.

Рука Бaрaка продвинулась по ее руке на затылок ее шеи. Он поймал ее подбородок в ладони, держа ее все еще, в то время как он согнул голову к ней. Его рот взял на прицел ее прамо перед ними всеми. Горячий. Сжигающий. Отмело все, что произошло прежде и заменило это на высокую температуру с леющим огнем. Бaрaк поднимал свою голову неохотно.

– Ты моя, Синдил. Никого больше не будет у тебя.

– Ты не можешь решать это, - зашептала она, ее рука, прижатая к ее рту, ее глаза, широко раскрытые с шоком.

– Нет? Он поместил обе руки на ее плечи.
– В присутствии нашей семьи я требую тебя как свое собственное. Я требую тебя как свою Спутницу жизни. Я принадлежу тебе. Я предлагаю свою жизнь за тебя. Я даю тебе свою защиту, свою преданность, сердце, свою душу и тело. Я обещаю беречь то, что тебе принадлежит. Твоя жизнь, твое счастье и благополучие будут превыше моих. Ты моя Спутница жизни, связанная со мной навечно и всегда под моей защитой. Он произносил слова громко, решительно, разъяренный ею, что она не могла видеть это, что она отказалась признать его право нее.

– Что ты сделал?
– завопила Синдил. Она посмотрела на Дария.
– Он не может сделать этого. Он связал нас без моего согласия. Он не может сделать это. Скажи ему, Дарий. Он должен повиноваться тебе. Она звучала на краю истерики.

– Ты никогда не задавалась вопросом, почему Бaрaк не потерял свои чувства как Дaйaн и я? Спросил ее мягко Дарий.
– Он смеялся когда мы не могли. Он чувствовал желание когда мы не могли.

– С каждой человеческой поклонницей, которая попадалась ему на глаза. Я не хочу такого Спутника жизни, - сказала Синдил твердо.
– Забери это, Барак, прямо сейчас. Забери это.

– Ну, это чертовски жаль, - сказал Барак.
– Я - твой Спутник жизни, и я знал это в течение некоторого времени. Ты просто отказываешься увидеть это.

– Я не хочу Спутника жизни, - выступила Синдил.
– У меня не будет некоторого напыщенного мужчины, управляющей моей жизнью.

Резкие черты Барака смягчились к чувственной мужской красоте.

– К счастью, для тебя, Синдил, я не напыщен. У меня есть потребность обсудить это с тобой, в то время как мы будем одни. Иди со мной.

Она покачала головой, как раз когда он вытягивал ее из автобуса.

Когда они вышли, Дезари повернулась к брату.

– Ты знал? Все это время ты знал?

– Я подозревал, - ответил Дарий.
– Барак видел цвета. Он сохранил большую часть из того, что потеряли Дайян и я. Когда Сэвон напал на Синдил, Барак был монстром в отличие от чего-либо, чем я когда-либо пытался управлять. Он бушевал в течение многих недель, так что Дайян должен был предоставить мне свою силу, чтобы удержать его под контролем.