— Убирайтесь, пока можно! — крикнул он троим беглецам, — мы их задержим!

Впрочем, надо сказать, что задерживать толпу особенно и не пришлось. Гибель жреца-предводителя и двоих товарищей враз деморализовали джунов; те поспешили ретироваться, едва завидев воинов с копьями наготове. Вождь же и его сторонники приступили к основной своей задаче: решительному, жесткому и, местами, даже жестокому восстановлению порядка. Кто-то использовал бы при этом эпитет «железной рукой»… да только джуны еще не знали, что такое железо.

А клубы дыма из проснувшегося вулкана уже заволакивали заходящее солнце.

На счастье беглецов, давешнего воина у моста уже не было. Возможно, он струхнул и сбежал, когда началось извержение… а может, у него просто нашлись более важные дела. Например, родина (в лице вождя) вполне могла призвать себе в помощь и его тоже, независимо от штатного расписания. Чрезвычайные обстоятельства, как известно, требуют чрезвычайных мер и всеобщая мобилизация — одна из оных.

Так или иначе, но на сей раз дорога к Заброшенному Храму была открыта. Преодолев мост и подойдя к нему вплотную, Руфь, Артур и Брыкин не могли не заметить, что пирамида не просто усеченная — она еще и ступенчатая. Санаев-младший не преминул вспомнить, что подобные сооружения встречаются и на Земле: например, в джунглях Центральной Америки.

Правда, не обошлось и без трудностей: как оказалось, ни дверей ни окон Заброшенный Храм не имел. Другое дело, что преодолена эта трудность была достаточно быстро и просто. Обойдя Храм вокруг и не обнаружив в его ступенчатых стенах даже намека на проем (как вариант — сенсор для открытия тайника), беглецы не нашли ничего лучше, кроме как воспользоваться его ступеньками. И не прогадали — притом, что ступеньки были круты, а на высоту пришлось взбираться немаленькую.

Зато когда все трое достигли вершины — сравнительно небольшой каменной площадки, вышеназванная площадка подалась вниз. Точнее, внутрь Храма; начала спускаться под матерный шепот Георгия Брыкина.

Реакция его спутников была гораздо приличней:

— О, да это же лифт! — удивленно воскликнул Артур.

— Да, до джунов здешняя цивилизация была, похоже, очень развитой, — вторила ему Руфь, — непонятно только, почему исчезла. Хотя… если я не ошибаюсь на тот счет, какая именно цивилизация здесь наследила… А может и ошибаюсь…

Спуск завершился в обширном и стерильно чистом зале. О том, что зал именно таков, и что он именно зал, а не, скажем, крохотная комнатушка, стало ясно, когда сам собой здесь зажегся свет. Холодный и синеватый, он напоминал неоновые лампы… вот только в данном случае источников света не было видно. Свет лился как будто из самих стен зала.

Тихонько и мерно загудел-зашумел… ветер; это местный аналог кондиционера проснулся и приступил к обработке застоявшегося воздуха. Застоявшегося, наверное, не на одну тысячу лет…

А потом прямо в воздухе возникло объемное изображение лица — белое, схематичное, похожее на маску.

— Добро пожаловать! — сказало лицо приятным, и в то же время лишенным эмоций голосом. Голос этот, кажется, был женским.

«Иди на хрен», — хотел было ответить Брыкин, но вовремя осекся. Чем чреваты подобные фразочки, он уже знал по собственному опыту.

— Рада приветствовать вас в центре управления планетарным энергетическим блоком номер сто семьдесят три, — продолжало между тем лицо.

— Энергетическим блоком? — переспросил, не поняв, Артур.

Тотчас же прямо перед ним возникло еще одно объемное изображение — схемы, похожей на лабиринт в старых компьютерных играх. Схема эта развернулась и в трехмерной проекции приняла знакомый уже всем троим вид: сооружений странной формы, ныне ставших городом для джунов.

— Так вот это что такое… — прошептала Руфь.

— Планетарный энергетический блок входит в планетарную энергетическую систему, — пояснило лицо, — задача которой состоит в аккумуляции солнечной и геотермальной энергии с последующим ее использованием для прогрева океана и атмосферы.

А изображение тем временем менялось; изменился его масштаб: теперь энергоблок номер сто семьдесят три выглядел лишь как одна из мерцающих точек на глобусе Тропического Рая. На почти целиком синем глобусе, покрытом редкой россыпью коричневых крапинок-островов.

— Слушайте, а широта-то здесь не тропическая, — заметил наблюдательный Артур, — примерно как… в Москве… блин!

— А ты до сих пор не понял? — не удержалась от колкости Руфь, — эти… кто жил здесь до джунов, искусственно прогрели свой мир. И последствия такого эксперимента мы с вами сейчас наблюдаем. Смотрите: здесь нет не только материков, но и ледников.