— Что произошло? — спросил Альтман.

— Вот это мы и пытаемся выяснить, — сказал Галло.

— Вы же не думаете, что я сделал это, так ведь? — спросил Альтман. — Вы же не думаете, что я убил его?

— А откуда вы знаете, что его кто-то убил? — спросил Рамос.

— Я не знаю этого, но я начинаю подозревать, — сказал Альтман.

— Ведь он мог погибнуть в результате несчастного случая или естественных причин, — заметил Рамос, — но вы сразу же сделали вывод, что он был убит.

— Куда вы с ним направились после того, как покинули бар? — спросил Галло.

— Кантину, — поправил Рамос.

— После того, как покинули кантину, — исправился Галло.

— Никуда не направились. — На улице мы пожали руки и я пошел домой. Я не знаю, куда он отправился.

Альтман наблюдал, как два офицера полиции посмотрели друг на друга, обмениваясь многозначительными взглядами.

— Что произошло? — спросил Альтман. — Как его убили?

— Хэммонд был вашим любовником? — спросил полицейский.

— Что? Нет, разумеется, нет! Вы сошли с ума?

— Почему вы сказали — разумеется, нет? — спросил Галло.

— У меня есть девушка, — ответил Альтман.

— И что это доказывает? — спросил Рамос.

— Послушайте, — сказал Альтман. — Почему вы не хотите мне сказать, что произошло?

Два офицера снова переглянулись.

— Было ли что-нибудь необычное в поведение Хэммонда? — спросил Галло.

— С какого черта мне знать, было ли в его поведении что-нибудь необычное? — сказал Альтман. — Я виделся с ним только однажды. Мне не с чем сравнивать.

— Не кипятитесь, — сказал Рамос, — не нужно так волноваться.

— Глотка, — сказал Галло и провёл пальцем поперёк своего собственного горла.

— Что? — сказал Альтман.

— Вы спросили, как он умер, — ответил Галло. — Он перерезал себе глотку.

— У него был с собой нож, — сказал Рамос. — Вы знаете, чьи отпечатки на нем были?

— Чьи? — спросил Альтман.

— Ничьи, — ответил Галло.

— Нож был начисто вытерт.

— И вы думаете, что это я сделал? — спросил Альтман. — Для чего мне это делать?

— А нам откуда знать — для чего? — хладнокровно спросил Рамос. — Мы даже не знаем, о чём вы двое разговаривали.

— Так о чём вы говорили? — спросил Галло.

— Это безумие, — сказал Альтман. — Вы считаете, что он мог быть убит вследствие чего-то, что связано с нашей дискуссией?

— Откуда мы можем знать, пока вы не рассказали нам о чём был разговор? — спросил Рамос.

Альтман так и поступил. Он сделал глубокий вдох и начал подробно излагать их беседу, максимально точно, как только мог вспомнить. Когда он произнес название «ДреджерКорп», то заметил, что офицеры вновь переглянулись. Продолжая свой рассказ, он увидел, что сначала Рамос, а затем и Галло скрестили руки на груди. Когда Альтман закончил, Галло поднялся с кресла и сказал:

— Благодарим вас, мистер Альтман. Вы нам очень помогли.

Рамос уже направлялся к двери.

— Погодите минутку, — сказал Альтман. — И это все?

— А чего вы еще ожидали? — спросил Рамос. — Что мы вас арестуем?

— Мы свяжемся с вами, если вы нам понадобитесь, — сказал Галло, а затем они оба ушли.

Он позвонил Аде, чтобы поговорить с ней о случившемся, но она не отвечала. Альтман чувствовал, что все еще не пришел в себя. Он заметил, что его руки дрожат. Спустя некоторое время, прихрамывая, вернулся Филд.

— Всё в порядке? — спросил он, приподняв брови.

— Убили человека, с которым я был знаком, — сказал Альтман.

— Ох, — ответил Филд. — Это ужасная новость.

Я тоже в опасности? — размышлял Альтман.

— Ты слышал новости? — спросил Филд.

— Какие новости?

— Которые сообщила ДреджерКорп. Я только что узнал об этом сам, — сказал Филд. — Когда болтал снаружи, ожидая, пока полиция закончит с тобой разговор.