— Это не вопрос нашей безопасности. Речь идет о двух Де-рини-полукровках. Если совет решит вызвать на заседание Венцита и этого второго господина — что ж, это его право. Но без моего одобрения — и, пожалуйста, в мое отсутствие.

— Вы покинете заседание совета? — спросила Вивьен; на ее лице было написано удивление.

— Покину.

— Я тоже уйду, если сюда придет Ридон,— добавил Арилан.— Он не знает, что я Дерини, и я хочу, чтобы ему это было неизвестно как можно дольше. Это поможет королю на магическом поединке, если, конечно, нам не удастся избежать его.

Баррет медленно кивнул.

— Да, это важно. И то же самое касается Венцита. Совет согласен? Наконец, что вы думаете о Моргане и Маклайне? Оказать ли им наше покровительство?

— Конечно да! — воскликнул Тирцель.— Венцит оскорбил совет не только этой затеей с подставными судьями. На его стороне — двое чистокровных смертных, которых он просто обучил магии. В них нет ни капли крови Дерини. Почему бы нам тогда не согласиться официально служить судьями в этой магической дуэли? Пусть завтра на поединок явятся настоящие судьи из совета и окажут покровительство всем восьмерым. Это почти законно, не говоря уже о том, что это — самое безопасное из возможного. А кто победит — это зависит от сил и искусства сражающихся. Вы все это знаете.

Наступила тишина, и Вивьен кивнула своей седой головой.

— Тирцель прав, хотя и бывает слишком горяч. Мы как-то не обратили внимания, что два боевых напарника Венцита — не Дерини; и потом, он открыто выступил против нас, решив объявить судьями неведомо кого. Что же до Моргана и Маклайна,— она пожала плечами,— пусть будет так. Если удача будет на их стороне и они победят, это будет значить, что они достойны нашего покровительства. Мы в любом случае ничего не теряем.

— Но...— начал Торн.

— Согласны ли вы? — прозвучал голос еще одной женщины — рыжеволосой Кири.— Милорды, я согласна с леди Вивьен, и я чувствую, что Тирцель и Арилан думают так же. Ларан, что вы скажете? Приемлет ли ваша гордость то, что мы предлагаем?

Ларан кивнул.

— Я допускаю, что некоторые пункты устава, о которых мы обычно забываем, разрешают подобное. И я надеюсь, что они победят. Было бы преступлением упустить исцеляющие силы, если Морган, конечно, ими обладает.

— Как всегда, вы рассуждаете здраво,— хмыкнула Вивьен.— Что ж, милорды? Пятеро из нас поддержали это решение. Нужно ли формальное голосование?

Никто не произнес ни слова; Вивьен с легкой улыбкой посмотрела на Баррета:

— Что ж, хорошо, милорд Баррет. Следовательно, наши августейшие коллеги согласились принять полукровок под свое покровительство и судить завтрашнюю магическую дуэль. Готовы ли вы огласить ваше решение?

Баррет кивнул.

— Да. Арилан, зовите своих друзей.

С торжествующей улыбкой Арилан подошел к золоченым дверям, которые при его приближении распахнулись. Трое спутников епископа с тревогой посмотрели на него и прочли по его лицу все, что хотели знать. Они вошли в зал вслед за Ариланом уверенным шагом, больше не трепеща перед советом Камбера.

— Станьте вместе с вашими собратьями, Арилан,— сказал Баррет, когда все четверо подошли к креслу епископа.

Арилан остановился, Келсон, Морган и Дункан окружили его, выжидающе глядя на Баррета.

— Келсон Халдейн, Аларик Морган, Дункан Маклайн, слушайте вердикт совета Камбера. Сим объявляю, что советом сочтено за благо оказать вам покровительство в сем деле, каковое покровительство будет нами обеспечено. Судьями в магическом поединке будут Ларан ап Пардис, леди Вивьен, Тирцель де Кла-рон и я. Арилан, решено также, что вам следует воздержаться от общения с советом впредь до поединка. Далее, вы должны объяснить сим трем Дерини их обязанности в соответствии с правилами поединка. Все должно быть по правилам, как в прежние дни. Никому из вас не следует обсуждать завтрашний поединок ни с кем, кроме находящихся в этом зале. Это понятно?

Арилан поклонился особым церемонным поклоном.

— Все будет по древним заветам, милорд.

И вот он вместе с тремя своими друзьями покинул зал совета и вернулся в темноту Переносящего Хода. Хотя он и знал, что их распирает от вопросов, он не позволил задавать их здесь, у самого зала. А в первые секунды после возвращения в палатку Келсона происшедшее только что казалось им сном. Только спящие Нигель, Кардиель и Варин, свернутый ковер да вырезанный ножом дерн свидетельствовали о том, что все это явь.

Келсон повернулся к Арилану.

— Это... это все было, правда?

— Конечно было,— улыбнулся Арилан.— И чудеса все еще случаются. Келсон, если вы напишете письмо о том, что принимаете вызов, мы немедленно отправим его Венциту.— Он вздохнул, отшвырнув огарок свечи и опускаясь в кресло рядом с вырезанным дерном.— Ход сейчас можно закрыть. При необходимости мы можем им пользоваться, но для этого больше не придется копаться в земле.

Келсон кивнул, подошел к походному письменному столу и, взяв перо и пергамент, спросил: