— Secundus!

Второй светящийся прямоугольник бьш готов. Кардиель затаил дыхание, глядя, как Морган опускает его и переходит к Tierce.

Морган начал ощущать утомление; прежде чем взять третий кубик, он мягко провел рукой по глазам. Усталость прошла — он только что воспользовался для этого известным способом Дерини,— но он знал, что за это придется заплатить позднее. Однако сейчас Опеки нужно было оживить, чего бы это ни стоило. Он быстро поднес Tierce к Septime.

— Tertius!

Третий прямоугольник вспыхнул. Слово было готово на три четверти.

— Мы почти у цели,— сказал Арилан, подходя к Кардиелю, когда Морган взял Quinte.— Томас, сейчас вы мне понадобитесь.

Сглотнув слюну, Кардиель вместе с Ариланом подошел к ковру, лег, как велел Арилан, и позволил Дерини коснуться холодной рукой своего лба. Его веки вздрогнули, и он погрузился в транс. Морган покачал головой и вздохнул, соединяя последнюю пару кубиков.

— Quartus!

Свет на мгновение вспыхнул в кубиках, и они соединились; теперь на земле перед ним лежало четыре прямоугольника.

Морган присел на корточки и осмотрелся, потом начал пододвигать прямоугольники к крайним точкам начертанного восьмиугольника, означающим стороны света. Когда он обозначил пределы действия Опеки, Арилан вошел в круг сам и пригласил туда Келсона и Дункана; до поры до времени они еще сохраняли власть над собой. Морган вошел в центр восьмиугольника, тревожно посмотрел на троих товарищей и припомнил еше раз, как должна выглядеть Опека, чтобы повлиять на происходящее в круге.

— Давайте же соединять Опеки,— прошептал Арилан.— Три из них включите еще и в защиту. Как только сделаете это, я зажгу свечи.

Морган окинул взглядом круг, посмотрел на спяших за его пределами людей и протянул руку, чтобы соединить четыре Опеки:

— Primus, Secundus, Tertius, et Quartus, fiat lux!

При этих словах Опеки ярко вспыхнули, окутав всех семерых облаком молочного света. Арилан вытянул руку, словно проверяя Опеку, а затем провел этой же рукой над всеми свечами восьмиугольника, и они вспыхнули одна за другой. Арилан подошел к середине восьмиугольника и положил руку Моргану на плечо.

— Отлично. Как только мы, все четверо, соединим наши сознания, я поведу вас создавать Ход. Это будет не особенно приятно — нам придется затратить невероятное количество сил,— но мы можем сделать это. Я, в свою очередь, сделаю, что смогу, чтобы избавить вас от самого худшего. Есть вопросы?

Вопросов не было. Арилан взял за руки Дункана и Келсона и склонил голову. Тут в палатку ударил ветер, пламя свечей покачнулось, и в этот момент белое сияние возникло вокруг головы Арилана. Оно увеличивалось, бросая малиновые и зеленые отсветы, и трое других Дерини лишь вздрагивали — столь могучая сила вырывалась из их тел и сознаний.

Всех присутствующих окутал туман; в мерцающем свете он собирался во всё расширяющиеся струи. Вдруг ослепляющее сияние заполнило всю палатку и сразу исчезло. Келсон вскрикнул, Морган был близок к обмороку, и Дункан не сдержал стона. Но все уже кончилось, и белый свет тоже пропал.

Когда четверо Дерини открыли глаза, каждый из них почувствовал под ногами знакомую вибрацию — Переносящий Ход был готов. Со вздохом облегчения Арилан оттащил Кардиеля подальше от круга, давая Дункану и Келсону понять, чтобы они сделали то же с Нигелем и Варином. Теперь в центре восьмиугольника остался только коленопреклоненный Морган. Прикусив губу, Арилан стал перед Морганом на колени и вновь положил руку ему на плечо.

— Я знаю, как вы устали, но перед уходом хочу попросить вас еще об одном одолжении. Опеки должны защищать всю палатку. Вы все изнурены, и когда я вернусь за вами, Келсоном и Дунканом, хорошо бы оставить остальных под защитой. Они наверняка проспят до полуночи и не смогут в случае чего защитить себя.

— Я понимаю.

Устало улыбнувшись, Морган поднялся и развел в стороны руки, ладонями вверх. Он тяжело вздохнул, собираясь с силами, и тихо начал произносить новое заклинание. Руки его при этом двигались так, словно он отодвигал невидимый барьер. Когда паутина света Опеки легла на стены шатра, он повернул ладони вниз и опустил руки.

— Это все? — устало спросил он.

Арилан кивнул и подал Келсону и Дункану знак, чтобы они помогли Моргану выйти из восьмиугольника.

— Я буду здесь через десять минут, не позже,— сказал он, становясь в центр фигуры.— Тем временем, Дункан, вы с Келсоном помогите Аларику восстановить силы, насколько это сейчас возможно. Вы, однако, и сами должны быть готовы идти, как только я вернусь. Совет совсем не любит таких вещей, и я не хочу давать им времени на раздумья.

— Мы будем готовы,— ответил Келсон.

Арилан кивнул и, скрестив руки на груди, склонил голову.

И внезапно исчез.

Темнота. Прежде нем его глаза нащупали слабый свет, Арилан понял, что стоит перед большими дверями зала совета Камбера, в небольшой нише, ограничивающей пространство вокруг Переносящего Хода. Здесь было пусто, так и должно быть в этот час, но он все-таки осмотрелся, прежде чем приблизиться к высокой позолоченной двери. Только сейчас не хватало какой-нибудь заминки.