Внезапно он почувствовал, что от него ждут более решительных действий, и нанес особенно оскорбительный удар, который был у него про запас как раз для таких случаев. Его клинок разорвал бархатный камзол Яна и уколол противника в правое плечо, заставив графа отскочить назад.

Ян был взбешен этим уколом, хотя и старался скрыть это; он считал себя превосходным фехтовальщиком. Он и в мыслях не допускал, что будет ранен в первой же схватке, и сейчас его захлестнул гнев.

Кинувшись в атаку, Ян продолжал бой, действуя уже скорее по воле чувств, чем разума, а Морган этого и добивался. В конце концов, граф был слишком самонадеян, недостаточно обеспечив свою защиту. Хоть он и парировал следующий удар Моргана, ответ генерала оставил его беззащитным слева, и тотчас клинок Моргана глубоко вошел ему в бок.

Когда меч дрогнул в руке Яна и его лицо побледнело, Морган выдернул оружие и отступил. Граф пошатнулся, в его глазах блеснули удивление и ужас, а еще через мгновение он упал на пол, выпустив меч из онемевших пальцев. Когда его глаза закрылись, Морган победно вскинул голову и повернулся к Кариссе, все еще держа меч в руках.

Глаза Кариссы гневно блестели, когда Морган повернулся к ней, но она видела то, что не мог видеть генерал,— человек, лежащий на полу позади него, зашевелился.

— Так кто правитель Гвиннеда? — усмехнулся Морган, направляя на нее меч.

Карисса видела, как за его спиной взметнулась рука, видела блеск лезвия и, двигая пальцами, начала читать про себя короткое заклинание. Ян, приподнявшись, метнул кинжал, и в тот же миг кто-то крикнул:

— Морган!

Кинжал был совсем близко, когда Морган, оглянувшись, попытался уклониться от него; он резко изогнулся и вдруг почувствовал, что золотая цепь, надетая в знак его нового ранга сегодня, начала душить его, сдвинувшись, — она словно нарочно парализовала его движение.

Клинок глубоко вошел в плечо, генерал покачнулся, и меч, выпав из охваченной огнем руки, с резким грохотом упал на мраморный пол.

Он опустился на одно колено, и Дункан с двумя священниками подбежали к нему. Морган сорвал здоровой рукой цепь и швырнул ее по полу в сторону Кариссы; лицо его исказилось от боли. Священники помогли ему подняться, подвели к алтарю и усадили на ступеньки.

Карисса рассмеялась.

— Да, так кто теперь правитель Гвиннеда, мой гордый друг? — произнесла она, неспешно подходя к корчившемуся на полу Яну.— Неплохой урок тому, кто поворачивается спиной к раненому врагу.

Когда Келсон, Нигель и другие друзья окружили раненого генерала, Карисса посмотрела вниз и коснулась Яна концом сапога. Тот застонал, герцогиня склонилась и заглянула ему в глаза.

— Хорошо сработано, Ян,— прошептала она.— Какая жалость, что ты не увидишь развязки нашего маленького заговора. Тебе так больно, а у меня нет ни времени, ни лишних сил, чтобы спасти тебя.

Ян, корчась от боли, зашептал:

— Карисса, ты обещала! Ты говорила, что я буду править Корвином, что мы будем...

— Виновата, дорогой, но тебе просто не повезло, так ведь? Грустно, конечно. Зато, вспомни, тебе удавалось многое другое.

— Карисса, пожалуйста...

Она положила ладонь на его губы.

— Ты знаешь, я ненавижу нытье. Помочь тебе я не могу, проси не проси. И сам себе ты не поможешь, мой бедный маленький покойничек. Я прощаю тебя, Ян, прощаю даже то, что ты мечтал при случае одолеть меня.

Глаза графа расширились от ужаса — она знала его самые тайные мысли! Он попытался еще что-то сказать, но Карисса, двигая свободной рукой, уже читала заклинание. Несколько секунд Ян еще дышал, его рука в агонии вцепилась в ее плащ и вдруг обмякла — жизнь ушла из него. Карисса выпрямилась.

— Ну, Келсон,— заговорила она с издевкой,— пока наша маленькая дуэль закончилась вничью. Мой боец мертв, но и твой так тяжело ранен, что его жизнь тоже под сомнением. Получается, я должна повторить вызов — я требую сатисфакции.

Морган невольно дернулся при этих словах, и движение причинило ему такую боль, что капли пота выступили над его верхней губой. Дункан осматривал рану, осторожно ощупывая ее, и Морган попросил, чтобы Келсон тоже наклонился. Перекинув полу плаща через руку, мальчик встал на колени рядом с генералом, печально глядя на раненого друга.

— Келсон,— тяжело дыша, пробормотал сквозь зубы Морган, поскольку Дункан начал перевязывать рану,— Келсон, будьте осторожны. Она попытается обмануть вас. У вас одна надежда — выиграть время и постараться найти ключ к вашей собственной силе. Он, как мне кажется, где-то рядом, мы его просто просмотрели.

— Я попытаюсь, Аларик,— сказал мальчик.

— Жаль, что не сумел помочь вам больше, мой принц,— продолжал Морган, морщась от боли, вызванной неловким движением.

Келсон легко и ласково коснулся его руки: