Позвонит телефонистке на телефонную станцию. Он мог использовать один поворот диска.

Телефонистка отвечает. Он просит ее вызвать номер… Чей? Руфи Бентон? Умирающий, нуждающийся в помощи, будет ли он требовать Руфь Бентон?

Нет. Человек, умирающий от передозировки таблеток, принятых по собственной воле, уцепился бы только за одного спасителя.

Доктор. Его доктор? Мастерс выпрямился. У него не было ответа на вопрос. На это могло бы ответить телефонистка. Она вспомнит звонок и кому он был адресован.

Она вспомнит. Мастерс был уверен, что вспомнит. Теперь он подвергал сомнению свою уверенность не более, чем подвергал сомнению всю цепочку мыслей, которые привели к ней.

Это было правильно. Это было оно.

Мастерс надавил кнопку звонка и услышал гармоничный перезвон колокольчика. Солнце пылало на ярком голубом небе. Перезвон колокольчика умолк, через мгновение он вновь нацелил указательный палец и ткнул звонок еще раз, снова слушая и глядя на солнце.

Никто так и не подошел. Лучше попытаться у задней двери.

Но никто не ответил и на стук у задней двери. Он взглянул направо, на задний двор Хауэллов, через лежащий между ним и этим двором задний двор Конноров. Вероятность того, что Нэнси Хауэлл была дома, велика, и подумалось, надо пойти и побеспокоить ее еще разок.

Когда Нэнси подошла к двери, он увидел, ему не рады, и почувствовал сожаление и одиночество, но отбросил их. Он был слишком стар и загнан, чтобы сожалеть о том, что ему не хотят помочь, или попытаться возместить свои убытки, вернуть давно ушедшее.

— Здравствуйте, — сказал Мастерс. — Простите, что снова побеспокоил вас.

— Я надеялась, что действительно так, — ответила Нэнси. — Я надеялась, что вы навсегда устыдитесь и не будете беспокоить меня вновь. Я изо всех сил старалась помочь вам, но это только принесло горе людям, которых я люблю и уважаю.

— Я, а не вы, миссис Хауэлл, из тех, кто приносит горе. Это неотделимо от работы.

— Поганая работа — все, что я могу сказать!

— Очень поганая. Но кому-то надо ее делать. Вот вчера вечером у Ричмондов, например. Думаете, мне это доставляет удовольствие?

— Вы, лейтенант Мастерс, худший из бандитов.

— Бандит! — вопиющая несправедливость была причиной того, что голос Мастерса слегка дрогнул. — Что же, возможно и так, я не виню вас. Где Ричмонды? Они не отвечают на звонки, ни у передней двери, ни у задней.

— Ну, Джек — доктор, — холодно сказала Нэнси, — и разумно предположить, что он на вызове.

— А миссис Ричмонд?

— Если Веры нет дома, не знаю, где она. Может, поехала в город или на рынок.

— Хорошо, попытаюсь поймать доктора Ричмонда.

— Хотела бы я пожелать вам удачи, но не желаю.

— Благодарю, — печально отреагировал Мастерс, — за то, что хотите помочь.

Он держал шляпу в руке. Потом надел ее на свою лысеющую голову и отправился, обогнув дом Хауэллов, через улицу, к машине. Вслед раздался злой хлопок двери. Она даже не впустила меня, подумал Мастерс и направил машину в город.

Кабинет доктора Джека Ричмонда располагался в новом здании Медицинских наук, математически четком одноэтажном строении из стекла и зеленоватых кирпичей, окруженном столь густой растительностью, что газон казался искусственным.

Мастерс прошел через холл, миновал сверкающую аптеку и длинным, выглядевшим стерильным коридором двинулся к деревянной двери с надписью «Джон Р. Ричмонд. Д. М.», роскошно выписанной буквами из нержавеющей стали. Мастерс вошел.

Приемная была пуста.

— Доктора Ричмонда нет, — сказала медсестра с острым подбородком, сидящая в застекленной нише. — Вам назначено?

— Я к нему не как к медику, — откликнулся Мастерс. Он показал свой значок, и ее глаза сузились. — Где он?

— Обычно в это время он возвращается из больницы, — ответила медсестра. — Но сегодня он позвонил и сказал, что у него срочный вызов, и он не знает, когда вернется.

— Срочный вызов в больницу?

— Не могу сказать в точности.

— Смотрите, сестра, — терпеливо предупредил Мастерс. — Любой ассистент врача знает, где тот находится каждую минуту. Он в больнице?

— Я так думаю, — она была испугана. — Да.

Мастерс поехал в больницу. Доктор Ричмонд находился в операционной. Срочная аппендиктомия. Надо было подождать.