— Беги, беги. Я тоже сейчас подойду.

Золтан и травник остались вдвоем.

— Ну, — помолчав, сказал Жуга, — говори, чего хотел.

— Смотри-ка, быстро догадался… — усмехнулся тот, но тут же посерьезнел. — Ты что с девчонкой сделал? Только про разбойников мне тут не надо заливать: стрела стрелой, но у нее вся глотка сожжена и связки сорваны, как будто уксусу глотнула.

— Не уксусу, — Жуга помрачнел. — Она мальчишку покусала.

— Телли? — Золтан помрачнел. — Час от часу не легче! Значит, Старшей крови напилась… Ты же говорил, что запер это дело в ней. Или нет?

— Запереть-то запер, но ее ранили, она потеряла много крови. И потом, там было не только волшебство, там же… я еще… ну, сам же понимаешь. Вот…

— Понятно. Не надо было, все-таки, тебе оставлять ее тогда одну. Ты хоть рассказал бы, что ли, где ходил, зачем.

— Потом. Сколько я тебе должен?

— Нисколько. Мы тебе и без того обязаны, вон — всех клопов тогда повывел.

— А, это… Было дело, — травник улыбнулся, но потом посерьезнел: — Позвать обратно?

— Тьфу на тебя! — Золтан передернулся и замахал руками. — Сам дурак, и шутки у тебя дурацкие… Кстати, может, тебе что-то нужно?

— Да, — кивнул Жуга, — мне нужен плащ. Не могу же я все время ходить вот в этом.

— Почему? Хорошее одеяло. Теплое, небось.

— Теплое, — согласился травник, — только больно уж приметное.

— Нечего на одеяло пенять… Ты и без него рыжий.

— Сам ты дурак, — досадливо поморщился Жуга. — Дождешься от тебя подмоги, как же…

— Иди в баню!

Арнольд не спал. Распаренный и мокрый, он лежал под грудой одеял с обнаженным мечом в изголовье и нервно вслушивался в ночь. Камин давно уже погас, в холодной комнате было темно и тихо. За окном бесновался ветер — к ночи разыгралась непогода, повалил снег. Дверь запиралась изнутри. Засов был прочный, но Арнольд, не доверяя Золтану, дотошно обшарил перед сном комнату и коридор. Кровать здесь была одна и, несмотря на всю ее ширину, двоим в ней было тесновато. К тому же, не было простора для маневра в случае чего. Размыслив, Арни с показным великодушием отдал кровать в распоряженье барда; сам же он расположился на полу, затребовав для этого тюфяк. Хозяйка перечить не стала и тюфяк принесла, на чем удобства и закончились — доски под тюфяком были жесткими, над полом весело гуляли сквозняки. Вильям уже давно заснул, угревшись на кровати, и теперь раздражающе сопел. Арнольд лежал, таращась в темноту и размышляя над событиями сегодняшнего дня.

Жуга и Золтан явно что-то замышляли — это было видно без труда. Возможно, ждали более удобного момента, чтобы с ним расправиться… Хотя, если вдуматься, зачем? И так все складывалось не в его пользу. Пока Линора здесь, Арнольд не мог уйти. Теперь, когда в стекло лупили снежные заряды, Арнольд был даже рад тому, что принял предложение Золтана и не ушел искать нового пристанища. Смущало силача другое. У Хагга было много способов расправиться с ним без шума — отрава в кружке с пивом, стрела из-за угла… А Золтан вместо этого играет с ним в открытую, предоставляет стол и кров, и чуть ли не просит его остаться… Вербует? Для чего? При этом у обоих такие рожи, будто за спиной у них дракон сидит.

Арнольд хмыкнул и перевернулся на другой бок. Дракон…

Рядом вежливо и тихо кашлянули. Силач встрепенулся и быстрым движением выхватил из-под подушки меч.

— Кто здесь? — он очертил клинком широкий полукруг. — Убью!

— Тише, тише! — зашипели на него. — Не шуми… Свои.

Заскрипел стул. Приглядевшись, Арнольд с удивлением различил в темноте размытый абрис человеческой фигуры, устроившейся у окна с ногами на столе. Свет молодой луны падал ему на спину, лицо при этом оставалось в тени. Ни шороха шагов, ни лязганья засова — ничего этого не было. Как человек сумел проникнуть в комнату, Арнольд решительно не представлял, но тем не менее шагнул к столу и угрожающе приподнял меч.

— Ну, ты! А ну-ка, руки на стол. Быстро!

— Да не шуми ты так, — с досадой произнес незванный гость. — Вильяма разбудишь.

— Ты кто такой? Чего тебе здесь надо?

— Пришел проведать старого приятеля. Не узнаешь? — сидящий повернулся в профиль и Арнольд оторопело опустил свой меч.

— О… Олле?

— Он самый, — ухмыльнулся тот.

— Но ты же… ты… Тебя…

— Да знаю, знаю, — отмахнулся тот, как от чего-то, надоевшего до чертиков. — Стрела и все такое прочее…

— Так стало быть, ты спасся, — медленно проговорил Арнольд. — Что ж, хорошо. Как ты нас отыскал?

— О, это долгая история! — Олле закинул ногу на ногу. — Но не об этом речь. Я тут услышал краем уха, что с тобой поговорить хотят. Ну, Золтан и другие. Так вот…

— Ах, Зо-олтан… — понимающе кивнул Арнольд. — Так вот в чем, значит, дело, вот откуда эта крыса знает про мои дела! Даже про банк в Локерене! Ты тоже на него работаешь? — он огляделся. — Как ты сюда пробрался?

— Я не пробирался. Я…

— Ищейка подлая, стукач! — Арнольд шагнул вперед, занося клинок над головой канатоходца. — Собачье племя! И как раньше я тебя не разглядел?

— Арни, Арни, погоди, постой… — Олле попытался заслониться зонтиком. — Я же предупредить… Ты ничего не изменишь если уйдешь, все станет только хуже! Ну хотя бы ради Норы…

Арнольда это почему-то разозлило окончательно. Все рухнувшие планы, все потерянные вещи и все предавшие его друзья не стоили тех взглядов, которые бросала девушка на Олле, пока канатаходец еще был с ними. Не помня себя от злости, Арнольд замахнулся и ударил.

— Да погоди же… Ах, черт!

Воздух гулко хлопнул, меч сверкнул в сиянии луны и с треском врубился в спинку стула. Арнольд, не удержавшись на ногах, повалился вперед и растянулся на полу.