– О, я очень надеюсь, что он так и сделает. – На этом он отбросил от себя Перри и подал сигнал Тао отпустить Оскара.

Затем он повернулся к ним спиной, выражая полное пренебрежение, и обвил рукой талию Тарин, ещё теснее прижав к себе.

– Время показать, как мы поглощены друг другом, пока у нас есть немного времени поговорить, – прошептал он ей на ухо.

Обнимая его руками за шею, Тарин нацепила на лицо улыбку. Его ответная улыбка была дьявольской.

– Отец ужасно разозлится. Скорее всего, он почувствовал, что я разорвала связь со стаей.

– Думаю, что он уже на пути сюда. Когда охранники вначале попытались вмешаться, один мужчина из твоей стаи заявил женщине, что собирается позвонить твоему отцу. Ты справишься с тем, что может последовать дальше? Я не хочу драться с твоим отцом и рисковать возможностью объединиться с ним, однако не исключаю, что столкновение может к этому привести. – Трей не ожидал, что сразу сможет заключить союз. Не тогда, когда Уорнер будет в ярости, что его дочь забрали у него.

– Отец захочет этой борьбы не больше чем ты. Он поймёт, что твой волк сильнее и ты, скорее всего, одержишь над ним верх. Он не рискнёт выглядеть слабым перед всей стаей на тот случай, если кто-то решит бросить ему вызов.

– Тебе придётся открыто заявить, что я твой истинный спутник, Тарин, – нежно напомнил Трей, легко касаясь пальцем своей метки на её шее. – Ты сможешь это сделать?

Ей потребовалось немалое усилие, чтобы удержать улыбку на лице.

– Да. Я знаю, что нужно сделать.

Трей скользнул губами по её.

– Хорошая девочка. Как там твоя волчица? Она хотела, чтобы ты дала мне отпор, когда я ставил на тебе метку?

Тарин покачала головой.

– Ты нравишься ей.

Трей криво улыбнулся.

– Ты говоришь так, как будто это делает её глупой.

– Она под впечатлением от твоего уровня власти.

Это его удивило.

– Не испугана?

– Нет. Она думает, что ты достаточно силён, чтобы владеть ею. Она не любит слабаков. Ну а твой запах, она любит больше всего.

Его волку она действительно понравилась. Трей глубоко вздохнул, втягивая в себя её экзотический аромат.

– Мой волк неистовствует. Он хочет закончить начатое, – потираясь о неё, он шепнул ей на ухо. – И мне нужно быть внутри твоего маленького сексуального тела.

Было верно, что соединение не могло быть полным, пока они не займутся сексом, но так как они не настоящая пара, Тарин полагала, что сексуальная жажда не будет такой сильной. Вместо этого, и её волчица и всё её тело жаждали завершить спаривание.

Трей просунул руку ей под платье и дерзко обхватил её.

– Вот где я буду очень и очень скоро, Тарин, – пообещал он, почти пригрозил. – Внутри тебя, наполняя своей спермой и заставляя кричать.

– Я встречала парней вроде тебя раньше. Они много говорят, но… разговоры не доводят людей до оргазма, не так ли?

Трей лукаво улыбнулся.

– Тарин, когда я трахну тебя – и не сомневайся, детка, я трахну тебя, – единственное, что ты сможешь – это молить разрешить тебе кончить. Даже не сомневайся, я заставлю тебя кончить. И не один раз. Ты будешь кончать снова и снова, пока я не решу, что с тебя хватит. Пока я не решу, что насытился этим.

– Хм. Это всё просто очаровательно, но ты забываешь одну очень важную деталь.

– Какую?

– Полагаю, Тарзан, ты слишком долго имел дело со всякими Джейн, и не просто хочешь абсолютного послушания, а ожидаешь его. Я не уверена, что ты знаешь, что делать с женщиной, которая бы кусала, царапала и проклинала тебя к чертям собачьим, если бы что-то было не по ней. Хочешь моего подчинения, тогда тебе придётся побороться за него.

Трей подумал, что так резко его ещё никто не отфутболивал. Тарин была права, предполагая, что он привык только к покорным овечкам. Женщины были слишком осторожны с ним, чтобы бороться за главенство.

Он не жаждал подчинения, но ему оно нравилось. О, да, чёрт возьми, ему определённо понравилась мысль о Тарин, как о своей паре, подчиняющейся ему. А то, что ему придётся бороться за это и заработать право на её послушание…Твою мать.

– С нетерпением жду предстоящей борьбы.

– Да, и тебе на будущее, большой мальчик: знай, я никогда не прошу. – У всех альф был пунктик насчёт просьб, особенно, когда это касалось их пары, и Тарин хотела, чтобы Трей знал, что она этого делать не собирается. – Не сочти это вызовом, потому как это не так. Просто это то, чего я никогда не делаю.

Трею не нужно было спрашивать о причине. Просьба означало бы, что она полностью сдалась, отдалась в полное подчинение, а Тарин не готова была это сделать ни для кого. Он понимал её нежелание стать полностью уязвимой для другого человека.

– Теперь, когда мы выяснили это, – он обвил её руками, положив ладони на попку, – я спрошу… думаешь нам удалось одурачить их?

– Думаю, большинству из них будет нелегко принять, что я заблуждалась на счёт Джои, но они не смогут отрицать того, что они видели. – Или того, что они думали, что видели. Сейчас она поняла, что если бы они не сделали всё именно так, никто бы не купился на представление. – Я не думаю, что кто-либо из них верит, что мы это спланировали. Скорее всего, они задаются вопросом, было ли это неконтролируемой страстью или чем-то ещё.