Грейдон вздохнул.

— Это сложно. Все становится куда запутаннее, когда один в паре человек, а другой — Вер, потому что не-Вер не может пройти через то же, что и мы. Что касается Веров, помню, как однажды, лет двести назад, у одной пары что-то не получилось. По-крайней мере, я так думаю. В самом деле они связались, или что-то пропустили? Она покончила с собой, когда он ушел.

Пиа сморщила лоб.

— Это ужасно.

— Ну, еще бы.

— А что, если я все еще смертная?

Он пожал плечами.

— Кажется, Драгоса это не смущает. Откажешь ли ты себе в паре и возможности обрести счастье только потому, что, возможно, когда-нибудь умрешь?

— Это совсем другое. Я умру, так или иначе, если не смогу перекинуться. Страшно подумать, что Драгос может умереть из-за меня.

Ссутулившись, мужчина задумчиво следил за своими руками, вертя на столе бутылку скотча.

— В жизни нет никаких гарантий. Мы называем себя «бессмертными» только потому, что некоторые из нас живут исключительно долго, но это не означает, что нас нельзя убить. Я ни минуты не сомневался бы, получи я шанс обрести пару, смертную или нет. Большинство из нас были бы счастливы этому, знаешь ли. Мы никогда не предполагали, что такое может случиться с Драгосом, но уверен, что все до единого думают, что он везучий сукин сын.

Они снова замолчали. Пиа положила свою ладонь на руку Стража.

— Спасибо, Грей. Ты хороший слушатель и мудрый человек.

Он взял ее за руку и поцеловал пальцы.

— Тсс, — прошептал мужчина, хитро сузив глаза. — Никому не говори.

Девушка улыбнулась ему.

— Твой секрет в сохранности.

Пиа подумала было переодеться и провести час на беговой дорожке, но потом ее охватила усталость. Прошел еще один долгий день, и Грифоны уже заставили ее попотеть перед тем, как вмешался Драгос.

Не обращая внимания на протесты Грейдона, убрав ожерелье обратно в коробку, Пиа прибралась после трапезы; отнесла остатки еды в большой блестящий холодильник, сполоснула посуду и сложила ее в посудомоечную машину. Девушка решила дождаться возвращения Драгоса в библиотеке. Рун присоединился к ним, пока она рассматривала толстые тома.

Поприветствовав его, девушка выбрала книгу по ранней истории Веров и свернулась калачиком в большом кожаном кресле. Оно было самым потертым предметом мебели в комнате, — из темно-коричневой, мягчайшей кожи, в которую впитался едва заметный, но безошибочно знакомый мужской запах. Девушка легко могла представить отдыхающего в нем Драгоса с одним из своих научных журналов. Рун с Грейдоном с пониманием отнеслись к ее невысказанному желанию побыть наедине с собой и расположились за шахматами в другом конце комнаты.

Через некоторое время Пиа положила книгу на грудь и закрыла глаза.

Ее разбудило нежное прикосновение к плечу. На подлокотник кресла присел Рун, глядя на нее теплым взглядом. Пиа зевнула и потянулась.

— Который час?

— Два ночи, — ответил он. — Выглядишь устало. Почему бы тебе не пойти в постель? Драгос в телепатическом диапазоне, можешь позвать его обратно, если хочешь.

Девушка покачала головой.

— Пожалуй, не стоит. Драгосу необходимо некоторое пространство. Сегодня у него был тяжелый день, и я не хочу ложиться спать без него, — глаза слипались, Пиа прилагала все усилия, чтобы держать их открытыми. — Или вам, парни, нужно пойти спать?

Он улыбнулся.

— Мы не уйдем, пока он не вернется. Не беспокойся, у нас все в порядке.

Пиа кивнула и почувствовала мягкое тепло, когда Рун подоткнул вокруг нее кашемировый плед.

— Спасибо.

— Спасибо тебе, Пиа.

Рун вернулся к шахматам и Грейдону. Пиа снова прикрыла веки. Вскоре она уже шла по очень старому лесу, вдыхая свежий аромат плодородной земли. На ее плечах, подобно диковинному палантину лежал маленький Дракон, излучавший жемчужное сияние. Пиа погладила изящную изогнутую ножку и Дракон, подняв голову, взглянул на нее прекрасными, темно-фиолетовыми глазами. Девушку захватили эмоции, когда увидела этот широко распахнутый, невинный взор.

«Я люблю тебя», — сказал маленький Дракончик.

Она поцеловала в ответ его нежную мордочку.

«Я тоже люблю тебя, Горошек».

Пиа резко проснулась, и, подскочив, огляделась по сторонам. На мгновение она почувствовала себя дезориентированой и покинутой, ощутив пустоту на шее и плечах.

Грейдон с Руном наблюдали за ней с другого конца комнаты. Оба не спали и были начеку.

— Что такое? — забеспокоился Грейдон.

Девушка тряхнула головой.

— Просто сон.

Они встали.

— Что за сон? — спросил настороженно Рун.

Она нахмурилась, не желая делиться.

— Ничего особенного. Просто сон.

Стражи одновременно посмотрели на потолок.

— Драгос вернулся, — сообщил Грейдон, — скоро будет здесь.

— Хорошо, — сказала Пиа слегка расстроенная тем, что Дракон не к ней потянулся телепатически. Впрочем, решила девушка, не стоит обращать на это внимание. Не время для обид. На самом деле, до тех пор, пока она остается в Башне, стоит в принципе отбросить всю чувствительность.