– Прошу вас еще об одном одолжении, – взмолилась она, когда абонент ответил.

– Попробуйте, – сказал тот.

– Мне нужно имя полицейского надзирателя, закрепленного за условно освобожденным Максом Ллойдом.

– Писатель Макс Ллойд?

– Он самый.

– Даже не буду спрашивать зачем.

Эмма взялась перечитывать книгу с карандашом, но уснула, еще не добравшись до рассказа о том, как новый помощник библиотекаря приступил к работе. Проснулась она около пяти утра и дочитала до места, когда дежурный офицер вызвал Ллойда к начальнику тюрьмы.

Она долго нежилась в ванне, обдумывая тот факт, что информация, которую она с таким трудом искала, имелась в свободном доступе всего за полтора доллара в любой книжной лавке.

Эмма оделась, спустилась к завтраку и взяла выпуск «Нью-Йорк таймс». Переворачивая листы, она наткнулась на рецензию:

«Мы должны быть благодарны мистеру Ллойду за описание быта в современных тюрьмах. Ллойд – одаренный писатель с несомненным талантом, и мы надеемся, что теперь, находясь на свободе, он не отложит пера».

«Начнем с того, что он его и не прикладывал», – с негодованием подумала Эмма, подписывая счет.

Перед тем как вернуться в номер, она попросила администратора порекомендовать ей приличный ресторан неподалеку от книжного магазина «Даблдэй».

– «Брассери», мадам. У него первоклассная репутация. Хотите, я закажу вам столик?

– Да, пожалуйста. На одну персону к ланчу и на две – к ужину.

Администратор уже привыкла к манере речи этой англичанки.

Эмма вернулась к себе и снова взялась за дневник. Почему, недоумевала она, повествование начиналось с прибытия Гарри в Лэйвенэм, если в книге не раз упоминалось о былом опыте автора, который тоже был расписан, хотя и не увидел свет? Эмма сделала вывод, что есть и другой дневник, где описаны не только арест и суд над Гарри, но и вскрыты причины, по которым он обрек себя на такое суровое испытание при том, что столь видный юрист, как мистер Джелкс, наверняка знал о его подлинной личности.

Прочтя отмеченные страницы в третий раз, Эмма решила снова прогуляться по парку. На Лексингтон-авеню она зашла в «Блюмингдэйлз» и оставила заказ, который надеялась получить к трем часам. В Бристоле пришлось бы ждать две недели.

По ходу прогулки начал складываться план, однако надо было вернуться в «Даблдэй» и пристальнее изучить витрину, а уж потом нанести последние штрихи. Когда она вошла в магазин, служащие готовились к авторской презентации. Уже выставили стол и отгородили веревкой место для очереди. Постер пересекала красная надпись: «СЕГОДНЯ».

Эмма выбрала проход между двумя рядами стеллажей, откуда будет хорошо видно Ллойда, когда тот начнет подписывать книги, не ведая о ловушке.

Она ушла из «Даблдэя» почти в час дня, пересекла Пятую авеню и наведалась в «Брассери». Официант показал ее столик, который не устроил бы ни одного из ее дедушек. Но кухня была, как и обещано, первоклассной, и Эмма, удовлетворенно вздохнув, оставила щедрые чаевые.

– Я заказала столик на вечер, – сообщила она официанту. – Нельзя ли устроить так, чтобы он находился в алькове?

Официант усомнился, но Эмма достала долларовую банкноту, и все мгновенно уладилось. Она начинала понимать, как делались дела в Америке.

– Как вас зовут?

– Джимми, – ответил официант.

– Кое-что еще, Джимми.

– Да, мэм?

– Можно оставить себе меню?

– Конечно, мэм.

На обратном пути Эмма зашла в «Блюмингдэйлз» и забрала заказ. Она улыбнулась, когда продавец показал ей визитку.

– Надеюсь, такая устроит, мэм?

– Лучше не бывает, – кивнула Эмма.

В номере она десять раз перебрала заготовленные вопросы и, остановившись на оптимальной последовательности, аккуратно записала их на обороте меню. Утомившись, она прилегла и повалилась в глубокий сон.

Настойчивая телефонная трель разбудила ее, когда за окном уже почти стемнело. Эмма проверила время – десять минут шестого.

– Черт, – пробормотала, снимая трубку.

– Знакомое чувство, – сказал голос на том конце линии. – Правда, я выбрал бы другое, тоже короткое.

Эмма отозвалась смешком.

– Вашего человека зовут Бретт Элдерс… Я вам ничего не говорил.

– Благодарю вас, – сказала Эмма. – Постараюсь больше не донимать.

– Надеюсь, – отозвался детектив и повесил трубку.

В правом верхнем углу меню Эмма аккуратно вывела карандашом: «Бретт Элдерс». Она бы с удовольствием приняла душ и переоделась, но уже опаздывала.

Спрятав в сумочку меню и три визитки, она выскочила из номера и бегом спустилась по лестнице, не дожидаясь лифта. Затем остановила такси и метнулась на заднее сиденье.