– Ты завтра вечером свободна? – обратился он к Мэйзи со знакомой улыбкой.

– У меня занятия в вечерней школе.

– Шутишь?

– Вовсе нет, и опаздывать не могу, потому что это первый урок двенадцатинедельного курса. – Она не призналась, что еще окончательно не решила, ходить на занятия или нет.

– Тогда давай во вторник, – предложил Патрик.

– Во вторник у меня уже назначена встреча.

– Это правда или ты просто так говоришь, чтобы я отстал?

– Правда: я иду в театр.

– Ну а в среду? Или у тебя алгебраические уравнения?

– Нет, чтение вслух по слогам.

– Четверг? – спросил Патрик, стараясь не выдать негодования.

– Да, в четверг я свободна, – сказала Мэйзи при виде очередной официантки.

– Ну, слава богу, – вздохнул Парик. – Я уж начал думать, что придется бронировать номер еще на неделю, чтобы выпросить у тебя свидание.

Мэйзи рассмеялась:

– Выкладывай, что у тебя на уме.

– Я думаю, мы для начала сходим в…

– Миссис Клифтон.

Мэйзи развернулась и увидела перед собой управляющего отелем мистера Хёрста.

– Когда закончите, будьте добры заглянуть ко мне.

Мэйзи думала, что была осторожна, но сейчас испугалась, что как бы ее не уволили: политика компании запрещала персоналу вступать в неформальные отношения с посетителями. Так она потеряла прошлое место – именно из-за Пата Кейси.

Она была благодарна Патрику за то, что он выскользнул из ресторана, ни слова больше не сказав. Проверив кассу, она отправилась в кабинет мистера Хёрста.

– Присядьте, миссис Клифтон. Я должен обсудить с вами довольно серьезное дело. – (Мэйзи села в кресло и вцепилась в подлокотники, чтобы унять дрожь.) – Вижу, у вас выдался очередной трудный день.

– Сто сорок два заказа, – ответила Мэйзи. – Почти рекорд.

– Даже не знаю, кем мне вас заменить, – отозвался он. – Но вы же понимаете, что решает администрация, а не я. Не в моей это власти.

– Но мне нравится моя работа, – сказала Мэйзи.

– Вполне возможно, но вынужден заявить, что в данном конкретном случае я согласен с правлением.

Мэйзи откинулась на спинку, смиряясь с судьбой.

– Они дали ясно понять, – продолжил мистер Хёрст, – что больше не хотят, чтобы вы работали в зале, и попросили меня поскорее найти вам замену.

– Но почему?

– Потому что очень хотят видеть вас в составе администрации. Скажу откровенно, Мэйзи, будь вы мужчиной, вы бы уже управляли одним из наших отелей. Поздравляю!

– Спасибо, – поблагодарила Мэйзи, начиная думать о последствиях.

– Давайте быстренько покончим с формальностями, хорошо? – Он выдвинул верхний ящик стола и достал письмо. – Внимательно изучите. Это новый договор. Когда прочтете, подпишите, верните мне, и я перешлю его в главную контору.

В этот момент она приняла решение.

Мэйзи очень боялась выставить себя на посмешище.

У ворот школы она чуть не повернула обратно и так бы и поступила, не увидь еще одну женщину старше себя, входившую в здание. Мэйзи последовала за ней через входную дверь и дальше по коридору, остановившись только у самой классной комнаты. Она заглянула внутрь, надеясь, что в помещении полно людей и ее появление останется незамеченным. Но в классе сидело только семь человек: двое мужчин и пять женщин.

Она прокралась к дальней стене и села позади мужчин – спряталась. И тут же пожалела, потому что займи она место у двери, улизнуть было бы проще.

Когда дверь открылась и в класс стремительно вошел мистер Холкомб, Мэйзи пригнула голову. Тот сел за стол перед доской, поправил лацканы длинной черной мантии, всмотрелся в учеников и улыбнулся, заметив у дальней стены миссис Клифтон.

– Начну я с того, что напишу двадцать шесть букв алфавита, – обратился он к классу. – Я буду писать, а вы – называть.

Мистер Холкомб взял мел и повернулся спиной. Он написал на доске «А», и отозвалось несколько голосов; «В» подхватили уже дружнее; «С» прочли все, кроме Мэйзи. Когда добрались до «Z», Мэйзи беззвучно выговорила букву.

– А сейчас я буду указывать наугад, а вы попробуйте узнать.

На этот раз Мэйзи назвала больше половины, а с третьего захода ее голос лидировал в хоре. К концу занятия только мистер Холкомб понимал, что это ее первый урок за двадцать лет, и Мэйзи уже не спешила домой.