Шрифт:
Когда она оказалась рядом с автомобилем, стекло со стороны тротуара опустилось, и в него, перегнувшись со своего места, выглянул водитель.
– Здравствуй, красавица! – улыбнулся он. – Как дела? Почему одна вечером ходишь? Садись, подвезу.
Это был Эмиль. Алена, никак не ожидавшая увидеть сейчас лучшего друга Дениса, была потрясена.
– Это вы? Зачем вы за мной ехали?
– Я за тобой ехал? Когда?
– Вот сейчас, – ответила, чуть растерявшись, девушка.
Эмиль засмеялся:
– Садись-садись, поговорим.
Алена смотрела на его улыбающееся лицо, и отчего-то ей стало нехорошо.
– Нет. В машине душно. Если вы хотите что-то сказать, говорите.
– Ну… хорошо… – Эмиль вышел из машины, подошел к Алене близко, очень близко, небрежно хлопнул ее по животу. – Говорят, ты плохо себя чувствуешь в последнее время?
Девушка отступила в сторону:
– Да нет… не плохо. Хорошо.
– Зачем ты ходишь без лифчика? – без паузы спросил Эмиль.
– Я?… – Алена растерялась окончательно. – Почему вы так решили?
– Без лифчика, по пустынным улицам, вечером… – продолжал он посмеиваться. – Ай-яй-яй… мало ли кто пристанет… В общем, давай-ка садись, я подвезу тебя домой. – Эмиль взял ее за запястье и стал гладить, медленно ведя вверх по руке. – Или попьем кофе где-нибудь… Поговорим, как нам жить дальше… Всем…
Алена попыталась вырваться и чуть отвернулась. От него чем-то очень неприятно, приторно-сладко пахло.
– Н-нет. Не надо. Я не хочу с вами ни о чем говорить. Пустите меня.
Эмиль очень сильно сжал ей руку выше локтя, так, что она вскрикнула. И неожиданно отпустил ее, усмехаясь.
– Ну что ж. Иди, красавица.
Алена быстро направилась в сторону дороги, туда, где она совершенно напрасно не села на троллейбус. Пройдя несколько шагов, она оглянулась. Эмиль уже сел в машину, но, видимо, смотрел на нее, с места не трогаясь. Когда она обернулась, автомобиль мигнул задними фонарями два раза. Алена пошла дальше, едва сдерживаясь, чтобы не побежать, а машина, дав задний ход, через пару секунд оказалась рядом с ней.
Эмиль опять высунулся наружу. Ему было далеко тянуться к окошку, неудобно говорить, и от этого его лицо казалось искаженным и страшным.
– Ты плохое дело задумала. Имей в виду. Расплачиваться долго будешь, – негромко проговорил он и быстро уехал.
Дойдя до ближайшей остановки, Алена достала телефон и набрала номер своей лучшей подруги. Наташа схватила трубку сразу и закричала:
– Алло! Подождите секундочку, ничего не слышу! Я сегодня придушу вас! Слушаю, да!
– Нат, можно, я заеду к вам?
– Алька, ты? Вот орут, а! Петька, оставь ты ее в покое, я сказала! Ты представляешь, налепил девчонке в голову прищепок, она их с волосами выдирает!
Алена услышала хохот. Дети явно не слишком боялись разъяренной Наташки.
– Зараза такая, отойди, я сказала! Аля, извини, у меня тут сегодня совсем все сбесились! Ты что говорила? Я вообще ничего не слышу!
– Я приеду, можно?
– Нужно, нужно! Давай скорей, мы не будем ужинать, тебя подождем!
– Что купить?
– В аптеке скипидару, начистить кой-кому кой-чего!
– Ладно, я поняла, – засмеялась Алена.
Она хотела сесть в подошедший троллейбус, но потом решила все же зайти в ближайший супермаркет и подыскать что-то для Наташи и детей. Взяв корзину, Алена пошла по рядам. Перед ней у полок с банками кофе остановился, перегородив дорогу пустой тележкой, симпатичный молодой человек лет тридцати, в добротном светло-сером костюме.
– Извините, – отведя рукой его тележку, Алена проехала мимо.
Молодой человек посмотрел ей вслед. Алена пошла дальше. В следующем ряду она остановилась, чтобы выбрать детский шампунь. С некоторых пор полки и отделы с товарами для малышей приобрели для нее особую прелесть. Неужели когда-то, и очень скоро, и ей все это пригодится? Не только памперсы и соски, а и шампуни без слез, паровозики, везущие зайчиков и медвежат, томные куклы, яркие книжки-раскраски, пластилин с блестками… Иногда Алена не могла удержаться и покупала что-то загодя.
Сейчас ей так хотелось унести домой ароматное мыло в виде танцующего бегемотика и спрятать в пакет «на потом», где уже лежат ползунки, поильник и всякие невероятно приятные и трогательные вещи. Кира и Наташка говорили ей, что нехорошо покупать вещи для ребенка заранее, пока он еще не родился, что это плохая примета. Но Алене казалось, что когда время придет, ей самой будет уже не до беготни по магазинам, а никто другой не сможет выбрать то, что нужно. Да и просить, судя по всему, будет особо некого. Разве что Федосеева, Кириного любимого ученика, тот часто приходил на занятия в мастерскую к своей преподавательнице с пакетом сахара или куском мыла, заметив, что в прошлый раз чай опять пили несладкий и руки помыть было нечем.