Его окружало множество людей. Демьян любил красивых женщин, но ни с одной из них не задерживался надолго. Общество интересных мужчин нравилось ему не меньше, но всему был свой срок. О том, чтобы изменить кого-то, речи не шло. Он предпочитал музыку и уединение в исцеляющей глубине души. До тех пор, пока не встретил Анжелу.

Он прощал ей многое, если не сказать все. Демьян заявлял на неё права разве что публично, но Анжеле нравилась иллюзия лебединой верности 34 . Она видела в нём идола, место которому на алтаре в её спальне. Потому снова и снова злилась, когда рушился сказочный образ, достойный обожания. Несмотря на ссоры, которые завершались жарким примирением, на её вздорный характер, на попытки давить на него самыми разными способами, Демьян не отдалял её от себя. Он находил это забавным и необычным. Именно такую женщину ему нравилось называть своей.

Позже, в Европе, он познакомился с Михаилом. Измененный, оказавшийся за бортом жизни, которому удалось оторваться от преследования Ордена. Не влачить жалкое существование в озлобленности, оставляя за собой кровавую дорожку, которая привела бы к нему рано или поздно, но жить вполне достойно. Михаил был умён, образован, и он решил оставить его при себе. Когда пришла пора возвращаться в Москву, Демьян предложил ему поехать с ними. Он согласился.

Михаил пленился изысканной красотой и утонченностью Анжелы, и лишь ему она позволяла себя любить. Она оставалась равнодушной к восторгам и восхищению в глазах многочисленных поклонников, и держала прочих мужчин на расстоянии. Для неё существовал лишь Демьян, а Михаил стал отдушиной, другом, которому она могла поведать обо всем.

Первое время Демьяна забавляла и трепетная влюбленность Миши, и поощрения со стороны Анжелы, но потом начала раздражать. Его компаньон без ума от его женщины — какой моветон!

— Оставь Михаила мне, забирай свой капризную музу и уезжай, пока не случилось дурного, — сказал ему Вальтер. Анжелу немец не признавал, и лишь уважение к чувствам Демьяна побуждали Палача терпеть её на своей территории. Стрельникову, напротив, двери его дома были открыты всегда.

В его словах звучала шутка, не лишенная смысла. Ссору, которую Анжела подогревала долгие годы, Демьян разглядел не хуже Вальтера. Она не хотела делить его внимание ни с кем, и Михаил не стал исключением.

Он пренебрег шутливым советом Палача, и вскоре сильно об этом пожалел.

Гроза разразилась в Италии, после его знакомства с Кларой. Темноволосая темноглазая итальянка увлекалась пейзажной живописью. Её картины были живыми, как и она сама — яркая, умная и интересная. В мире измененных границы между влиянием мужчин и женщин стирались, и рядом с ней собралось несколько талантливых и подающих надежды молодых измененных, которых она приняла под свое крыло. Один из них был старше на три десятилетия, но её авторитет признал безоговорочно.

Роман с Кларой затянулся на недели. Демьян признавал, что после появления Анжелы рядом с ним впервые оказалась женщина, которая заинтересовала его немногим больше, чем красотой, пылом и страстью на несколько жарких ночей. Он знал, что долго это не продлится, но оборвалось все быстрее, чем представлял Демьян. И гораздо трагичнее.

Клара исчезла. О ней не было слышно ничего — до тех пор, пока не объявили облаву на её спутников. Зная о её осторожности и умении обходить острые углы, Демьян долгое время грешил на окружение итальянки: Клара принимала молодых измененных, лишенных опеки.

Им самим пришлось спешно покинуть те места — он прекрасно представлял, чем им грозит знакомство с измененной, попавшей на допрос. Заручившись поддержкой Вальтера, он свободно мог разгромить Орден, сравнять с землёй и присыпать пеплом тел, но слава Натана Штольца 35 не казалась ему достойной. Демьян не оправдывал методы Ордена, но и ненависти к ним не испытывал. Как оружие в борьбе с самопровозглашенными кровавыми царьками, они были недурны.

Иногда в жернова попадали те, кто держался в стороне и не осыпал свой путь телами людей и не заливал землю их кровью. Действительно умные и талантливые измененные, перед которыми в будущем открывались все пути. Такие, как Клара. Демьян сожалел о ней, но поделать ничего не мог. Её сгубили доброта и недальновидность.

О том, что произошло на самом деле, он узнал спустя десятилетия, в Москве. В разгар нового романа Анжела бросила ему в лицо, что «история с итальянкой» ничему его не научила. Демьян пропустил бы эти слова мимо ушей — желание уязвленной женщины ударить побольнее понятно, но она сказала это слишком спокойно, холодно и расчетливо. Мгновения оплошности хватило, и Анжела поняла промах, но было уже поздно.

Демьян шагнул к ней, одним быстрым движением сжимая руку на шее и перехватывая взгляд.

— Это была ты? — произнес он, искренне надеясь получить опровержение догадке. Доверие к своим для Демьяна было бесценно. Все, чего он хотел нынче — увидеть, услышать, почувствовать, что не прав.

Анжела не смела ему солгать. Она вся сжалась, по телу прошла едва заметная дрожь.

— Я не знала, что так выйдет, — прошептала она.

Она привыкла, что ей все сходит с рук, что после очередной ссоры они неизменно начинают сначала, но Демьяну было не до воспоминаний. Первобытное зло радостно встрепенулось, поднимаясь во весь рост. Он знал, во что превращаются измененные, спустившие себя с цепи — в обезумевших диких зверей, остановить которых может лишь выстрел в упор. Знал, но ничего не мог с собой поделать. Она не просто подставила их всех — опасность давно миновала, она предала его доверие!