— И кто же из них вы? — спрашивает Джек. — Скажите, и я вас отпущу. Вы получите свободу.

— Уилкс, — шепчет он. — Я Уилкс.

Свет гаснет. Руку сэра Патти пронзает острый укол, и он проваливается в забытье.

Нет, нет, мы его не убили. Как вы могли подумать такое?

Мы чистим его, переодеваем, и когда он спустя несколько часов приходит в себя, то обнаруживает, что лежит на заднем сиденье машины. За рулем сидит Маттео. Машина стоит неподалеку от пирса, возле которого готовится к отплытию «Ройял Сплендор». Мы сообщаем стюардам первого класса, что сэр Паттерсон, гм, вчера вечером чуточку перебрал, и просим их помочь нам погрузить его вместе с багажом в каюту. Затем мы вручаем им щедрые чаевые и торопливо удаляемся. Когда сэр Патти окончательно выходит из оцепенения, пароход уже далеко в океане. В свободном плавании.

Не наша вина, что вскоре после прибытия домой с ним случается удар. Сэр Патти лишается речи и частично парализован. Честно говоря, нас это происшествие порядком раздосадовало, потому что теперь он не сможет рассказать никому из Клуба ничего полезного для нас. Притч мгновенно поспевает к месту событий и присылает к ложу беспомощного сэра Патти хорошо обученных сиделок из лучшего лондонского агентства, с которыми он, по счастливой случайности, знаком. Они будут внимательно слушать его слюнявые бредни.

Да, в бытность членом Клуба с его уст слетали совсем иные бредни.

А может быть, крохотная капелька яда все же нашла свою цель.

Всего лишь предположение. Подумайте над ним. Как легко было бы подсыпать неуловимую щепотку сильнодействующего яда в его вечернюю порцию виски.

Сладкий яд в ее устах.

Оружие женщины — яд. Губительная ярость — иногда это все, что ей остается.

Никто пока еще этого не знает, но сегодняшний вечер в клубе «Белладонна» был последним.

Сначала люди думают, что все идет как обычно, что клуб, как это бывало и раньше, закрылся на несколько дней по прихоти его капризной владелицы; но она, да будет им всем известно, удалилась к себе в спальню, совсем неподалеку, всего лишь за углом, и отказывалась выходить целую неделю. Наверняка клуб возобновит работу так же неожиданно, как закрылся. Какая жалость, что клуб заперт и погрузился в молчание как раз накануне Рождества — пропадают все веселые зимние праздники. Еще обиднее будет лишиться клуба «Белладонна» в новогоднюю ночь. Да, вздыхают завсегдатаи клуба, ловкая особа эта Белладонна, раз может позволить себе укатить из города в разгар праздничных каникул.

Но неделя идет за неделей, месяц за месяцем, а на пурпурных дверях клуба по-прежнему висит замок. Начинается паника, множатся самые невероятные слухи. На Гейнсворт-Стрит пусто и холодно, пронизывающий ветер с реки завывает, как сборище неприкаянных злых духов. Ветер пробирает до костей отчаявшихся светских снобов, которые даже в такую мерзкую погоду бесцельно слоняются вокруг, лелея тщетные надежды. Им кажется, что, если они побродят вокруг еще немного, двери клуба чудесным образом распахнутся и пропустят их в райские кущи.

— Слышите? Там собака лает, — кричит один из них. — Это, наверное, Андромеда.

Мечтай, мечтай. Это не Андромеда. Просто бродячий пес залаял с голоду и скуки. Андромеда исчезла, и никто не знает, почему.

А за углом в дверь тихонько входит Джек. Он попадает в наш огромный объединенный дом. Там остались жить только Ричард и Вивиан, они поселились в другом конце здания и работают на Джека, следят за людьми, на которых он им указывает. Оркестр тоже не сидит без работы — каждый жаждет пригласить на вечеринку музыкантов из прославленного клуба «Белладонна», тщетно надеясь, что хоть кто-нибудь из них обмолвится словечком о знаменитой хозяйке, раскроет хоть кусочек тайны. Не надейтесь: музыканты не меньше всех остальных удивлены неожиданным закрытием клуба. Мы заплатили им жалованье за шесть месяцев вперед, и это, разумеется, удержит их рты на замке. Никто из них не осмелится навлечь на себя гнев Белладонны. А вдруг она когда-нибудь вернется?

Она непременно должна вернуться.

Натренированным острым глазом Джек присматривает за покинутым зданием клуба, а натренированным острым умом выслеживает все подозрительное. Он нужен нам больше, чем когда бы то ни было. Он делает все, о чем ни попросит Притч, следит за работой группы, помогающей женщинам, чьи письма на адрес клуба продолжают десятками поступать каждый день. Многие из официантов и других сотрудников ныне занимаются слежкой за неверными мужьями и самовлюбленными бизнесменами. Эта работа для них легче, расписание не такое строгое. К тому же не приходится целые дни проводить на ногах. Белладонна настояла, чтобы Джек связался с Элисон Дженкинс, увел ее из импортно-экспортного бизнеса и усадил в контору, организованную нами на Парк-Авеню, помогать ему управлять благотворительным фондом.

Я не оставляю надежны на то, что Джек и Элисон влюбятся друг в друга по уши. Из них получилась бы чудесная пара. Кроме того, новое увлечение отвлекло бы мысли Джека от Белладонны, и ей было бы приятно узнать, что человек, который так самоотверженно помогал ей, нашел свою истинную любовь.

Вообще, любовь витает в воздухе: Маттео и Аннабет поженились. Краткая церемония состоялась в городской ратуше, на ней присутствовали только восторженные дети. Сейчас молодые живут в квартире у Аннабет, а в дальнейшем подумают, не переехать ли им в Виргинию. Мы этого очень хотим. А пока мне придется работать за двоих. Конечно, я не боюсь, что эта задача окажется мне не по силам. Аннабет сказала Маттео, что дети у нее уже есть и больше она не хочет, к тому же она, по правде сказать, никогда не была в большом восторге от секса. Когда Маттео, не веря в свое счастье, рассказал мне это, у меня внутри все перевернулось, и я целые недели убеждал его, что она в самом деле сильно любит его и сказала это вполне искренне.