— В настоящий момент я стою на мостике «Цветка Лит», флагмана рифтерского флота, захватившего систему Малахронта, — продолжал он. — Его капитан, Хрим чака-Ялашалал, более известный в Тысяче Солнц как Хрим Беспощадный, согласился дать нам интервью.

«Новости» повернулся к Хриму.

— Капитан, беженцы с Шарванна утверждают, что вы вынудили их планету к сдаче, используя какое-то сверхоружие. Правда ли это?

— Да.

— Намерены ли вы поступить так же здесь?

— Нет. — Норио ощутил, как наслаждается Хрим разговором.

— Почему вы поступаете по отношению к двум системам по-разному?

— В том, что касалось Шарванна, я имел недвусмысленные приказы. Здесь же я обладаю гораздо большей свободой действий.

Норио улыбнулся. Никогда еще у Хрима не было такой огромной аудитории, и он использовал эту возможность на всю катушку.

— Приказы? Могу я поинтересоваться, чьи приказы?

— Джеррода Эсабиана, Аватара Дола, Властелина-Мстителя, Повелителя Королевств Должара.

На мгновение воцарилась тишина. Норио знал, что беглецы с Шарванна не могли не рассказать этого, но даже так подтверждение слухов капитаном рифтерского эсминца повергло зрителей в шок.

— Тогда, капитан, прошу вас, поведайте нам ваши намерения относительно Малахронта.

— У меня нет никаких намерений относительно Малахронта, — как мог равнодушнее ответил Хрим. Бертранус зажмурился.

— Тогда что вы здесь делаете?

— Я здесь, чтобы принять под свое командование строящийся на верфи линкор, — заявил Хрим. — К сожалению эгиос, Ферньяр Озман, отказывается содействовать в этом.

— И поэтому вы хотели поговорить с его матерью, проживающей на синке Озман?

Хрим улыбнулся.

— Мать предложили вы. Я всего лишь просил связать меня с кем-либо из его близких, способных прояснить для меня особенности его характера, что могло бы облегчить ход переговоров. До прибытия контингента с Должара осталось очень мало времени; после этой даты мои возможности контролировать события будут весьма ограничены. — Он помолчал и попытался принять скорбный вид; нельзя сказать, чтобы слишком успешно. Норио с трудом удержался от смеха. — У них значительно меньше терпения, нежели у меня.

«Новости» снова воззрился куда-то вдаль.

— Она на связи? — Он помолчал немного. — Отлично.

Капитан оглянулся на Норио — тот едва заметно кивнул в ответ. Как и предполагалось, упоминание о Должаре превратило Хрима едва ли не в союзника Малахронта. Эмоциональная реакция «новости» подтвердила, что замысел сработал. Темпат поежился от возбуждения: так грядущая вспышка эмоций будет еще сокрушительнее. Он снова пожалел о том, что не может испытать ощущения зрителей Бертрануса; впрочем, это, возможно, убило бы его.

Но какой экстаз...

— Прямая связь, кэп, — доложил Дясил.

На экране высветилось новое окно: голова и плечи седовласой женщины. Темные глаза и крючковатый нос свидетельствовали о родстве с упрямым эгиосом.

Норио ощутил мгновенную вспышку тревоги и ненависти, которую эта женщина пробудила в Хриме. Он ощутил также замешательство репортера: по остальной части экрана видно было, что корабль тронулся с места и приближается к кольцу висящих над Малахронтом орбитальных поселений.

— У нас на связи леди Вита Озман, — объявил «новости» своим зрителям и почтительно поклонился даме на экране. — Леди Озман, благодарю вас за согласие говорить с нами.

— Не уверена, что ваша роль в этом деле положительно отразится на популярности — вашей лично или вашей организации, — холодно произнесла она. — Прошу вас. Вы хотели интервью?

Несколько секунд Бертранус не отвечал. Кадык его едва заметно шевелился.

— Прошу прощения, — снова поклонился он изображению и повернулся к Хриму. — Капитан, мой корабль с передающей аппаратурой сообщает, что ему трудно поддерживать с нами связь. Почему мы двигаемся?

— Тактические соображения, — ответил Хрим. — Ничего серьезного.

«Новости» облизнул пересохшие губы и повернулся обратно к экрану.

— Приношу свои извинения, леди Озман. — Он оглянулся на Хрима. — Капитан, вы хотели спросить что-то у леди Озман?

Хрим улыбнулся, и Норио ощутил нарастающую в нем ничем не удерживаемую ярость.

— Спросить? Нет, я хотел только видеть ее лицо.

Брови женщины удивленно поползли вверх, потом она потянулась куда-то вниз, вне поля зрения камеры.