Сова ожидал негативной реакции, а когда ее не последовало, решил, что Илья согласен с ним. Новый адепт, ёпт! Непроизвольную улыбку Ильи Сова опять понял не совсем правильно… и продолжил.

— Я вижу, ты наш, русский человек. И что тебе хочу сказать — все они уроды. Всех мочить. Поганой метлой вымести из страны. Небось есть им куда бежать — Америка пусть принимает. Жидовская держава.

Илья сидел расслаблено. Кому не нравятся концерты юмористические?

Через десять минут непрерывной критики всех и вся, Сова сказал все, что мог сказать. И установилась тишина. Вагон электрички к тому времени почти полностью опустел — лишь с противоположного его конца ехало человека два-три.

Неожиданно, в Сове что-то изменилось. Обычный человек этого бы никогда не заметил. Илья это увидел так же ясно, как обычные люди видят, что солнце заходит за тучу.

В один момент Сова был похож на клоуна. В следующий момент он увидел в нем такого же «правонарушителя», как он сам. Сова имел свои идеалы и верил в них. Законы были для него фикцией — правилами, навязанные меньшинством большинству. Сова с чистой совестью нарушал их ради своих идеалов.

— Илья. Ты не думай, я не только разговоры могу разговаривать. Мы с ребятами разными делами занимаемся…

Сова был «правонарушителем». Но он был по другую сторону баррикад.

— Раз в месяц мы приезжаем в Краснодар и ходим ночью по Комсомольскому, по Гидрострою. По Ставропольской и Северной. Юбилейному и Фестивальному. Рано или поздно, мы находим хачика, а один раз даже негра нашли пьяного!

Голос Совы излучал гордость. Он хвастался. От этого Илье становилось не по себе.

— Идет «прыжок» и мы «гасим» его. Можно и двоих-троих, но тогда кто-то может убежать. А нам это совсем не нужно, — Сова подмигнул Илье, словно в последнем рейде они были напарниками.

— Потом оттаскиваем в темноту, переворачиваем на живот и ботинками бьем по шее — чуть сбоку. Когда позвонки смещаются, то бьем в голову сбоку и ближе к челюсти — чтобы сбить голову. Потом наступить каблуком ботинка на шею, прижать массой, на всякий случай, и все — можно уходить. Он — покойник.

Это враг.

Простая и банальная мысль пришла к Илье в одно мгновение и заполонила всего его. Сон, усталость, даже чувство опасности ушли, полностью отдавшись новому чувству.

Это враг.

Илья не испытывал иллюзий — все люди разные. Все мы мыслим по-разному. Мы никогда не станем приверженцами одной идеи, или идеологии. Недовольные, несогласные были и будут всегда. Во все времена и при любых режимах будут авторитарии и антиавторитарии. Терпимые и нетерпимые. Вегетарианцы и мясоеды. Общество, в котором все люди будут мыслить одинаково, будет мертвым обществом. Обществом без будущего. Обществом без жизни.

Но сейчас перед ним сидел враг.

Фашисты, нацисты — по-разному можно называть их. Они всегда были и всегда будут. Даже в фашистской Германии были свои сверх-фашисты. В СССР тоже были свои фашисты и их было много — просто по-другому они назывались тогда. В любом обществе будут такие люди, как Сова.

Новая мысль пронзила голову Ильи — Сова ехал из Краснодара домой, значит ночь он провел в городе. На нем потрепанная, видавшая виды одежда. И ботинки. Которые, по виду, не раз и не два были «в деле». То, что он едет один — логично. Его банда разделилась, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания и не «светиться». Лично Илья сделал бы точно так же. Получается, что…

— Сова, ты сейчас от туда едешь? — голос Ильи звенел от напряжения.

— О! Братан, у тебя есть голова на плечах!

Сова наклонился и погладил нос своего правого ботинка, при этом хитро и довольно смотря на Илью.

Враг.

Он тоже едет с «мероприятия». Он еще не отошел от угара и адреналина прошлой ночи. Он так же, как и сам Илья ищет со всех сторон ищет опасность. Просто, молодой он, не терпится ему хоть с кем-то поделится тем, что произошло. Выговориться. Ему это необходимо, чтобы, наконец, успокоиться.

Враг.

Внезапно, для Ильи все стало предельно ясно. И просто. Те, кто переходит невидимую грань, должны быть готовы отвечать за свои действия в полной мере. На какой бы стороне ты не находился.

Илья тоже перешел грань, но, наверное, сделал это раньше и оказался лучше подготовлен. К этому.

Илья наклонился к своему новому «приятелю» и тихо прошептал ему:

— Братан, ты тише, люди вокруг… куда едешь?

— Крыловская станица. Знаешь такую?

Познания Ильи в географии были не настолько обширны.

— Нет, не знаю. Я что думаю… может быть, ты расскажешь мне обо всем? Я слышал о таких, как ты. Мне это интересно.

Сова заговорчески кивнул головой и тоже наклонился. Теперь их головы почти соприкасались друг с другом, и можно было говорить шепотом.