На обратном пути Дэвид объяснил Дебре, что граница национального парка Крюгера всегда была открыта. Всех это устраивало – обильные пастбища и вода Джабулани помогали стадам заповедника прокормиться в засуху и неурожай.

– Для тебя эта история с дикими животными очень важна? – наконец спросила Дебра. Все время, пока Дэвид говорил, она молча слушала, поглаживая Лабрадора по голове.

– Да. Когда они здесь были, я считал это само собой разумеющимся. Но вот они исчезли, и это очень важно. – Неожиданно он горько рассмеялся. – Интересно, как часто в Африке повторяли эти слова: теперь они исчезли, и это важно.

Милю или две они ехали молча, потом Дэвид решительно сказал:

– Я заставлю их снести изгородь. Они не имеют права так отрезать нас. Я немедленно свяжусь с главным хранителем.

Дэвид помнил Конрада Берга с детства: тогда тот еще не был главным хранителем, а распоряжался южной частью парка. В течение многих лет его окружали легенды, и две из них ясно показывали, что это за человек.

Однажды в заповеднике у него вышла из строя машина, и он пошел пешком. На него напал взрослый самец-лев. В схватке Берг был серьезно ранен, у него было сорвано мясо со спины и плеча, прокушена рука. Но он умудрился убить животное маленьким ножом. Он бил его в горло до тех пор, пока не попал в яремную вену. Потом встал и прошел за ночь еще пять миль, а стая гиен сопровождала его, ожидая, когда он упадет.

В другом случае один из владельцев соседних с парком поместий убил льва в пределах территории парка, за полмили от границы. Браконьер был влиятельным человеком, он занимал важный пост в правительстве и посмеялся над Конрадом Бергом.

– И что же вы собираетесь делать, мой друг? Вам не нравится ваша работа?

Упрямо преодолевая давление сверху, Берг собрал необходимые доказательства и обратился в суд. По мере приближения дня суда нажим становился все сильнее, но Берг не дрогнул. Важное лицо предстало перед судом и было наказано. Его приговорили к тысяче фунтов штрафа и к шести месяцам принудительных работ.

Впоследствии он пожал Бергу руку и сказал:

– Спасибо за урок мужества.

Возможно, именно из-за этого случая Берг был назначен главным хранителем.

Он стоял у проволочной изгороди в условленном по телефону месте встречи. Рослый, широкоплечий, крупный, мускулистый, с толстыми мощными руками в шрамах после нападения льва, с красным загорелым лицом.

На нем было летнее обмундирование и фетровая шляпа с мягкими полями – форма работников парка, а на рукаве зеленые нашивки.

За ним стоял грузовик "шеви" с эмблемой парка на дверце, на сиденьях два чернокожих егеря. Один из них держал тяжелое ружье.

Берг стоял с мрачным лицом, сжимая кулаки, сдвинув шляпу на затылок. Он так напоминал дикого самца, охраняющего свою территорию, что Дэвид негромко шепнул Дебре:

– Нас ждут неприятности.

Он остановил машину у изгороди, вместе с Деброй они вышли и направились к проволоке.

– Мистер Берг. Я Дэвид Морган. Я помню вас с детства. Мой отец был хозяином Джабулани. Позвольте представить мою жену.

Лицо Берга дрогнуло. Естественно, он слышал рассказы о новых хозяевах Джабулани: местность изолированная, а его работа заключалась в том, чтобы знать обо всем происходящем. Но он не готов был увидеть страшно изуродованного молодого человека и его прекрасную слепую жену.

С неловкой галантностью Берг снял шляпу, но понял, что Дебра не видит его жеста. Он пробормотал приветствие и, когда Дэвид просунул руку сквозь изгородь, осторожно пожал ее.

Дэвид и Дебра вместе направили все свое обаяние на Берга, человека простого и прямого. Он медленно оттаивал. Восхитился Зулусом: у него тоже были лабрадоры, и это послужило темой для разговора, пока Дебра доставала и открывала термос с кофе, а Дэвид наполнил для всех чашки.

– А это не Сэм? – Дэвид указал на егеря, державшего ружье Берга.

– Ja, – осторожно согласился Берг.

– Раньше он работал в Джабулани.

– Он пришел ко мне по собственному желанию, – объяснил Берг, отводя невысказанный упрек.

– Он меня, конечно, не узнает, особенно с моей нынешней внешностью. Но он отличный смотритель, и без него у нас все пришло в упадок, – сообщил Дэвид, прежде чем начать наступление. – И еще нас уничтожила эта ваша изгородь. – Дэвид пнул один из столбов.

– Неужели? – Берг взболтал кофейную гущу и выплеснул ее.

– Зачем вы это сделали?

– У меня было достаточно оснований.

– Отец заключил с советом парка джентльменское соглашение: граница всегда остается открытой. У нас есть пастбища и вода, которые вам нужны.

– При всем уважении к покойному мистеру Моргану, – тяжело сказал Берг, – я всегда был противником открытых границ.

– Почему?

– Ваш батюшка был спортсменом. – Он выплюнул это слово, словно гнилое мясо. – Когда мои львы, узнав его, привыкали держаться по эту сторону границы, он приводил пару ослов и привязывал их на своей стороне. Искушал львов.