Таши, кстати, никогда эту пакость не пробовал. На потомков листэрр все снадобья действовали по-другому. Но знать… знать он был обязан. Работа такая.

Кстати, за этот день он даже продал несколько свитков.

И все же, все же… мерзко как-то.

Таши дал себе обещание при случае устроить мерзавцу что-нибудь неизлечимое. Если он до этого доживет. Люди были настроены весьма решительно. И предложения, что сделать с подонком, который сбил детей и даже не соизволил остановиться… хорошо хоть кана Каллан… звучали самые разные.

Ничего милосерднее «повесить» среди них не было.

На следующий день в леанти снова было полно народа. И так же все обсуждали несчастный случай.

Двое детей погибли, третий был очень плох, но дядюшка убийцы, занимающий достаточно высокий пост — личный и сильно доверенный казначей градоправителя, — делал все, чтобы отмазать своего племянника. Для начала — парень исчез. И городская стража не могла найти его.

Предполагали, что либо он уехал из города, либо дядя его где-то спрятал. Но в любом случае нет такого закона — детей убивать.

Из страны подонка все равно не так-то легко вывезти, а пара магов в городе была. Один из них и отправил сообщение в столицу. Оттуда пришел приказ разобраться и доложить. И градоправитель занялся расследованием. Прежде всего, он публично на весь Тиварас заявил, что парня надо найти. И выяснить, не свели ли ненароком у него коня. А то ж! Боевые мерлорские жеребцы такие нежные, такие доверчивые, что их даже ребенок увести может. Два раза. Потом сказал, что весьма сочувствует своему казначею, мол, тот убит горем. И увольнять его будет жестоко. Посочувствовал и матери обвиняемого — мол, ей-то каково… сначала мальчика без отца растить, а потом такое услышать…

Люди молчали. Хотя руки у многих выразительно сжимались в кулаки.

Совесть иметь надо, господин градоправитель! Совесть!

Но, как и многие власть имущие, градоправитель искренне считал простой народ стадом баранов, которых надо стричь и резать. И драть с них три шкуры. А для чего они еще?

Не прислушиваться же к ним… Еще не хватало!

На третий вечер после происшествия, когда народ разошелся, Таши попросил у Каирис чашечку леанти.

Лейри выглянула из кухни, крикнула, что сейчас сварит свежий, как Таши любит — с рохраном… и исчезла.

Каирис опустилась на стул. Руки ее дрожали.

— Плохо? — посочувствовал ей Таши.

— Омерзительно и тошно. Как будто мое дело на крови стоит, — глухо ответила девушка.

— Ты ни в чем не виновата.

— Знаю. Один из погибших был сыном моей соседки, тетушки Мирон. Она прачка. Муж рыбак был, утонул. Сын один остался. Красавец, умница, мальчишка один у матери… был…

— Один? — уловил главное Таши.

Каирис опустила глаза.

— Сына тетушки Мирон звали Рито. Она теперь сама при смерти. Как услышала про смерть мальчика, так на месте и упала. Не встает. Мы с соседями приглядываем за ней, но она все сына зовет…

Таши кивнул. Больно, печально, но…

— А что слышно про виновника?

— А ничего! — вдруг яростно сверкнула глазами Каирис. — Ничего!!! Ничего этой гадине не будет! От всего он откупится! И уедет!

— Куда ж?

— Да хоть куда! Фиран с его дядей наворовали столько, что им на шесть откупов хватит! Таши, ты понимаешь, сейчас подлеца прячут, чтобы его люди в клочья не разорвали. Значит, сидит он где-то и ждет, пока или оправдают его, или назначат наказание какое полегче.

Ждет, мразь! Таши вздохнул:

— Не рви себе сердце, Кай. Ты не можешь облагодетельствовать всех.

— Тетушка меня пирожками угощала, маленькую, с отцом дружила…

Кай бессильно уронила голову на руки. Лейри сама поставила поднос на стол и выразительно посмотрела на некроманта. Таши чуть поколебался и коснулся ладонью темно-русых волос.

— Не надо, Каирис. Не плачь. Обещаю, все будет хорошо.

— У кого? У тетушки Мирон, которая умирает? Он ведь и ее убил, этот подлец. Растоптал конем и даже не остановился, Таши. Три человека, три судьбы… и будет ли жив третий мальчик, неизвестно. Лекари молчат, и маги молчат.

Таши погладил девушку по голове уже смелее.

— Обещаю. Виновный понесет наказание.

Судя по тому, как смотрела Каирис, — не поверила. Ну и ладно.

Он — некромант, а не свиток с клятвами. Будет возможность, поквитаемся, Горичек.

А возможность еще будет, он уверен…

— Что сидишь?

— Пошел ты…

Шуруш Фиран покосился на Горичека. Парень был мрачен. Еще бы — вляпался так вляпался. Нет, особой вины за собой он не чувствовал. Подумаешь, несколько мальчишек из простонародья подавил. Плевать на них три раза! Еще народятся!