Шрифт:
– Кстати о самодовольных типах – кого же из них стоит выбрать в ректоры?
Руки нам оттягивали пакеты с подарками, наши пальто набухли и отяжелели от влаги, а лица у нас были совершенно мокрые.
– Мне кажется, Джего, – ответил я.
– Кое-кто будет за Кроуфорда.
– Я не стану его поддерживать.
– Да, Кроуфорд чересчур, пожалуй, уверен в себе. Уверен, что на эту должность по праву должны выдвинуть именно его. Самонадеянно, я сказал бы, уверен. Едва ли такой самодовольный человек будет хорошим руководителем колледжа.
Я согласился.
– А знаешь, – заговорил опять Рой, – старик Винслоу поразительно отличается от всей этой братии. Он, конечно, и грубиян, и задира, и характер у него страшно неуживчивый, но зато уж пошлой бездарью его никак не назовешь. Вот кого они ни за что не выберут в ректоры.
– Джего тоже никак не назовешь пошлой бездарью, – заметил я. – Что бы про него ни говорили, но человек он весьма незаурядный.
– Да, у Джего много достоинств, – согласился Рой. – Но говорить-то перед выборами будут о его недостатках, а их у него тоже немало.
– И все же он вполне может пройти в ректоры.
– Да, Джего незаурядный, конечно, человек, – сказал Рой. – Вот за это-то его и постараются прокатить. В нем нет их хваленой «надежности».
– Артур Браун считает, что есть.
– Дядюшка Артур любит причудников.
– А Кристл полагает, что сможет его направлять. Я-то, между прочим, не особенно в это верю.
– Получится очень забавно, если он ошибется.
Мы свернули на Пети Кьюри, и Рой сказал:
– Те, кому Джего не нравится, молчать не будут. Они с три короба наговорят про заслуженных ученых… да и про незаслуженных тоже.
– Я-то об этом знаю побольше, чем они, – добавил он. Меня рассмешила уверенная заносчивость его слов, обычно вовсе ему не свойственная, и я улыбнулся. Мы как раз проходили мимо витрины – его лицо было ярко освещено. Он тряхнул головой, чтобы избавиться от дождевых капель, повисших на подбородке, посмотрел на меня и тоже улыбнулся; однако он говорил вполне серьезно. – Почему они не хотят понять главного? – негромко и спокойно спросил он. – Человек прежде всего должен познать самого себя. И ужаснуться. А потом простить себя – чтобы жить дальше; только тогда он может стать хорошим руководителем.
7. Ядро будущей партии
Мы с Роем допоздна проговорили в тот вечер – и постоянно возвращались к выборам ректора. Прощаясь перед сном, мы решили сказать назавтра Брауну, что готовы поддержать Джего. «Семь раз отмерь, один раз реши», – уходя, посоветовал мне Рой рассудительным тоном Брауна. Поутру Бидвелл, объявив, что «уже девять, сэр», и прокомментировав погоду, доложил:
– Господин Калверт шлет вам привет, сэр, и он просил передать, что, дескать, семь раз отмерил и все равно не передумал.
В пять часов вечера мы зашли к Брауну. На его письменном столе остывал недопитый чай, а он просматривал какие-то бумаги; меня всегда поражала его способность непрерывно работать и казаться при этом совершенно свободным.
– Для хереса еще рановато, – проговорил он. – Не хотите ли выпить рюмку шабли? Я раскупорил его за ленчем, и оно показалось нам замечательно приятным.
Он принес рюмки, и мы сели в кресла – Браун между мной и Роем. Он поглядывал на нас и терпеливо ждал. Зная, что мы явились к нему по делу, он тем не менее готов был провести с нами весь вечер, спокойно попивая вино и дожидаясь, когда мы сами заговорим о том, зачем пришли.
– Вы просили меня, – начал я, – известить вас, как только я окончательно решу, кого буду поддерживать на выборах.
– И что же?
– Я решил голосовать за Джего.
– Я тоже, – сказал Рой Калверт.
– Очень рад, – проговорил Браун и улыбнулся мне. – Я, признаться, надеялся на это. А Рой…
– Все в порядке, – перебил его Калверт. – Я сначала семь раз отмерил, а потом уж один раз решил.
– Прекрасно, – сказал Браун. – Потому что я непременно посоветовал бы вам именно так и поступить.
Я рассмеялся. Шуточкам Роя Браун с успехом противопоставлял свою непоколебимую основательность.
– Ну что ж, – Браун уютно и покойно восседал в своем кресле, – все это весьма интересно. Я тоже могу вам кое-что сообщить. Мы поговорили с Кристлом и решили, что у нас есть основания выдвинуть кандидатуру Джего.
– Не беря на себя никаких обязательств, разумеется? – поинтересовался Калверт.
– Взяв на себя обязательство действовать разумно и осмотрительно, – ответил Браун. – И, как мне кажется, я имею право сообщить вам кое-что еще, – добавил он. – Найтингейл совершенно определенно сказал мне сегодня утром, что он тоже решил поддерживать Джего. Таким образом, у нас уже создалось неплохое ядро будущей партии.