– Какой табак? – все больше удивлялась Светлана.

– Нюхачий! Хотите? – он протянул ей на пробу.

– Вы что сбрендили? – удивленно улыбнулась врач, – у вас парализованная мать, а Вы забиваете ей нос всякой дрянью. Хотите, что бы она отмучилась поскорее?

– Я не могу отказать маме, если она просит – насупился Егор.

– Просит? – девушка в удивлении вскинула бровь.

– Да. Вот и сейчас то же, – Сын схватил щепоть табака и поднес его к носу неподвижно лежащей женщины.

Светлана уже не смотрела на больную. А с опасением и тревогой вглядывалась в ее взрослого сына. Тот, продержав немного времени, табак у ее носа, заправил его себе в ноздрю.

– Апчхи! – отреагировал нос мужчины.

– Будь здорова, мама! – радостно прокричал Егор и победоносно уставился на «глупого» врача.

– Вот как! – засмеялся победитель дискуссии.

– Я запрещаю вам давать ей табак, – опять сухо по-деловому, оправившись от удивления, произнесла девушка.

– Сейчас я вытру ей лицо, а если потом увижу следы табака, то заберу ее в больницу. Вам понятно? – она строго посмотрела на великовозрастного дебила.

– И вообще за ней нужен уход женщины. У Вас есть родственницы?

Егор посмотрел на свою мать. Больная с заговорщицким видом подмигнула сыну, явно показывая свое одобрение невестки.

– Только не сейчас! – громко вырвалось у Егора.

– Что значит только не сейчас? – удивилась Светлана неадекватному ответу насовсем простой вопрос.

У матери на глазах появились слезы. Егор больше не мог этого переносить.

– Ну ладно! – решительно выдохнул любящий сын.

Девушка уже не переспрашивала, окончательно сбитая с толку. Егор подошел к серванту, вытащил из него искусственную розу и, подойдя к ошалевшему врачу, опустился на одно колено и протянул ей цветок. Светлана по инерции приняла протянутую странным мужчиной вещь.

– Подойдите, детки мои, я Вас благословлю, – больная привстала на кровати.

Егор взял за руку ни чего не понимающую и немного испуганную женщину и, подойдя к кровати матери, опустился на колени. Врачесса так же инерционно опустилась рядом с ним, переводя взгляд с неподвижно лежащей больной на торжественное лицо ее сына, которое от важности происходящего стало даже более осмысленным.

– Как тебя звать? – Светлана уже собиралась уходить из этого странного и немного пугающего мира, и держалась за дверную ручку.

– Егорша! – залился румянцем мужчина.

– Света, – представилась девушка – Жди завтра гостей, Егорша.

Она засмеялась, видя как нелепо попытался чмокнуть ее в щеку, горе жених, и «выплыла» из его квартиры, унося на своих высоких шпильках, спрятанный под белым халатом, соблазн недавнего Егоршеного сна.

Изменив после последних событий методику сыска, Бодряков вернулся на его взгляд, к самому вероятному варианту – Оксане.

«Звонивший ребенок – ее сын. И его сын. Зачатый вот так глупо на свадьбе в ванной комнате» – думал Сергей Иванович, сидя напротив подъезда, у дома, в котором жила разыскиваемая им женщина.

Адрес он достал без труда. Для этого ему не нужно было уламывать своего коллегу, который на поверку оказался таким пуританином. Он просто позвонил жене Замутилова и спросил телефон Оксаны. Та без всякого выпендрежа его дала, а уж адрес он узнал по телефону. Он ухмыльнулся довольный тем, что поставил у себя дома определитель номера, и хоть, как ему казалась, эта мера была запоздалой, все ровно на душе было комфортнее. Вскоре показалась Оксана, ведущая за руку маленького мальчика. Бодряков пошел ей на встречу, и у самого ее подъезда «случайно» столкнулся с ней лицом к лицу.

– Оксана, привет, вот так встреча – попытался изобразить изумление Бодряков, – ты здесь какими судьбами?

– Здравствуй Сергей, я то здесь живу, а ты сам как здесь? – настороженно удивилась женщина.

– Да иду к остановке, решил через двор угол срезать – выдал подготовленную заранее легенду оперативник.

Он попытался ее разговорить, но разговор не клеился. Мальчик с такими же темно – русыми волосами как и Бодрякова, с неподдельным интересом вглядывался в подошедшему к ее маме мужчину.

– Как тебя зовут? – присел на корточки Сергей Иванович.

– Сережа – за него ответила мать.

«Но вот и все! Вот он, какой твой сын, маленький Бодряковчик.» – Сергей Иванович поднял исполненное благодарности лицо к его матери.

– Как же так, я даже не знал, что ты родила сына – он немного растерялся, не зная как продолжать разговор.

– Что же тут удивительного – неудомевала Оксана, – мы же с тобой с той поры и не виделись.

Она пригласила его в дом на традиционную чашку чая. Мальчик продолжал подозрительно вглядываться в незнакомого мужчину, но потом, определившись своим к нему отношению, стал теребить его за брючину.