– Юрьич, но мы-то не можем позволить себе подобную… страусиную политику. Попомни мое слово – ударят! Да еще и попытаются бабло срубить… какой-нибудь хитрый маневр придумают. Надо бы закрыть город. Ввести на время… что-то вроде чрезвычайного положения!..

– На такие шаги никто не пойдет! – жестко сказал Шувалов. – Мне это, Рейндж, уже дали понять, прямым текстом. Время… Можно предположить, что Ч предпримет следующую акцию где-то в районе полудня, как это уже случалось трижды на неделе. Я вот только не пойму, почему он для своих акций выбирает именно полуденное время… с чем это может быть связано?..

– Вопрос к его психоаналитику. На крайняк, к их имаму. А то, что шваркнуть могут уже сегодня, несмотря на все эти денежные базары, с этим я согласен.

– Но где? В каком месте они планируют новую акцию?! Так… минутку… сейчас отвечу на вызов…

10.35–10.40. Фрагмент записи телефонных переговоров Шувалова С. Ю. с неизвестным, представившимся, как Че.

Че.: Генерал, деньги загрузили в транспорты?

Ш.: Да. Два броневика марки «мерс», как ты и просил.

Че.: Я просил не «метить» купюры! Если при проверке и выборочном пересчете выяснится, что вы там что-то нахимичили… пеняйте тогда на себя!.. Теперь слушай. Дайте команду, чтобы транспорты ехали в аэропорт Шереметьево.

Ш.: Предлагаю другой аэродром… Чкаловский!

Че.: А я предлагаю тебе на минутку заткнуться! Транспорты с деньгами – в Шереметьево! Никакого спецназа, никакой «Альфы» в аэропорту быть не должно! Понял?!

Ш.: Понял. С транспортами будет только минимальное милицейское сопровождение…

Че.: Дальше! Нам понадобится самолет для вывоза денег. Поэтому распорядитесь, чтобы выделили транспортный «Ил-76» с экипажем. Не позднее часу дня самолет должен стоять наготове на летном поле Шереметьева. Заправленный под завязку! «Мерсы» с деньгами загоните в транспортный отсек. Тебе все понятно, генерал?!

Ш.: Мало времени даете… но попробуем уложиться!

Че.: Любое отступление от моего плана будет означать для вас катастрофические последствия с многочисленными человеческими жертвами! И последнее, мой генерал…

Ш.: Слушаю тебя внимательно…

Че.: Среди твоих подчиненных есть такой подполковник Мокрушин Владимир Алексеевич! Этот человек сейчас здесь, в Москве, верно?

Ш.: Э-э-э… я не готов сразу ответить!

Че.: Найди его, генерал! Срочно! Я хочу, чтобы именно он стал посредником. Именно он будет сопровождать груз… маршрут я сообщу позднее!

Ш.: Но… почему именно Мокрушин?

Че.: Ты что, глухой?! Даю тебе час сроку! Деньги – в Шереметьево! Ровно через час – связь с Мокрушиным! Все, отбой…

11.05.

После разговора по телефону с Мокрушиным Лера сразу же перезвонила Федосееву. Иван Дмитрич, которого уже допрашивали в связи с его знакомствами в среде страйкболистов, дал ей два телефонных номера – следователя из ФСБ, который вчера снимал у него показания, и оперативного дежурного УФСБ по Москве и области. А напоследок сказал ей, что в плане добровольной сдачи они с Комаровым сами для себя все должны решить, но другого выхода у них, по-видимому, нет…

Некоторое время они втроем – Комаров, Лера и пацан – бурно совещались на той же квартире, где и провели ночь (они вернулись туда, сделав пару важных звонков с уличных таксофонов). Решение было принято такое: сдаться, причем не откладывая в долгий ящик, но не ментам, от которых им ничего хорошего ожидать как-то не приходится, а отдаться в руки Федеральной службы безопасности. Ромчик, тоже принимавший активное участие в этом их совещании, неожиданно уперся: «Ни к каким вашим знакомым я не поеду!.. Если вы решили сдаться, то и я с вами, потому что именно я, Роман Жердев, во всей этой истории – главнейший свидетель!»

И никак его – несмотря на совсем юный возраст – было не переубедить: стоит на своем, хоть тресни!

Они уже около четверти часа стояли возле почтового киоска рядом с автовокзалом. Лера позвонила по одному из гэбэшных номеров, назвалась и сказала, что они с Комаровым хотели бы дать показания госбезопасности о вчерашнем инциденте в районе Ново-Косино. «По какому адресу нам подъехать?» – спросила она. Мужской голос сначала сказал: «Одну минуту…» Потом, переспросив, где конкретно они сейчас находятся, велел оставаться им на месте, рядом с таксофоном, с которого они позвонили дежурному по УФСБ…