Несколько минут Ева возилась с поясом и кобурой. Пока она занималась этим, в комнату вошел Рорк.

Он внимательно посмотрел на нее, кивнул и сказал:

— Неплохой захват.

Она ожидала тревогу, заботу, утешение. Неудивительно, что его равнодушный комментарий вывел ее из равновесия.

Не иначе как, решила она, этот хитрец задумал не мытьем, так катаньем заставить ее показаться врачам.

— Спасибо, это была неожиданная игра.

— Это еще мягко сказано. Кстати, тебе плохо?

— Не очень. Я приняла блокатор.

— Да я уж слышал. Ладно, давай посмотрим.

Ева улыбнулась.

— Тебе просто хочется увидеть меня голой.

— Конечно, это дело всей моей жизни, — ответил Рорк, подходя к ней ближе. По ее глазам было видно что «не очень» далеко от истины. — Кстати, могу заняться этим сам.

Рорк задрал на ней свитер и потянул его вверх. Из-под ткани донесся сдавленный стон.

— Только быстро. — Ева прижала к плечу руку, как будто тем самым могла уменьшить боль.

От нее не скрылось, как посерьезнел взгляд мужа, как в голубых глазах промелькнул холодный огонь, и тотчас поняла: сейчас Рорк — как, впрочем, и она сама, — вспомнил Маккуина.

— То же самое плечо? — негромко спросил муж.

— Похоже. Оно, конечно, болит, но не очень.

— Давай я разрежу свитер.

— Даже не думай. Еще чего захотел — разрезать мой кашемировый свитер. Который я так люблю.

— Неужели?

— Представь себе. Да, я могу любить свитер, что в этом такого? Он мягкий и теплый, так что никто его резать не будет. Мы просто его осторожно стащим.

— Уговорила. — Пристально глядя ей в глаза, он провел тыльной стороной ладони по ее щеке. — А теперь постарайся расслабиться и немного потерпи. Я быстро.

Ева громко втянула в себя воздух, закрыла глаза, и Рорк осторожно потянул с нее свитер. Потихоньку, потихоньку, пока не стащил.

— Видишь? Ничего резать не пришлось.

Ева проследила за его взглядом, вернее, скользнула глазами вниз и удивленно вытаращила глаза. На груди, чуть повыше топика, расплылся кровоподтек.

— Ух ты, какой яркий, не иначе как это он головой. Он врезался в меня на всей скорости, как таран. Бум! Череп налетел на сиськи. Сиськи проиграли битву.

— Ты лучше сядь. Да я помогу тебе стянуть ботинки.

Ева не стала спорить. Холодный тон его голоса подсказал ей, что Рорк ужасно зол и испуган. Впрочем, наверно, это его реакция на ее старые травмы. Времени прошло не так уж много, и вот опять. Единственный способ не испортить ему настроение еще больше, это отнестись к происходящему с юмором.

— Уж лучше ты меня разденешь, чем, накачав предварительно транквилизаторами, отвезешь в госпиталь, где меня разденут другие.

— Я только что подумал об этом.

— Да ладно. Неужели, по-твоему, это награда за такую молниеносную реакцию?

Рорк встретился с ней взглядом, и она заметила, что напряжение оставило его, пусть даже на самую малость.

— У тебя бывали травмы и похуже.

— Я так и сказала. Вернее, подумала.

— А теперь брюки.

Ева снова замерла на месте. Ей все еще было больно, но часть боли сейчас затаилась под мягкой ватой блокатора.

— Хорошо, но при условии, что это сделаешь ты.

— Как я могу отказаться от столь щедрого предложения? — С этими словами Рорк расстегнул на ней брюки и стащил их вниз. — Здесь ты тоже вся в синяках. — С этими словами Рорк осторожно погладил ей затылок. Впрочем, никаких шишек и ссадин он не нащупал. Спасибо и на том. — Но, судя по ролику, который показали в эфире, больше всего досталось твоей попке.

— Да, сейчас она вся онемела, но ничего, пройдет. В общем, попа и сиськи приняли на себя основной удар.

— Две мои самые любимые части. А теперь вставай. — Рорк осторожно придержал ее в вертикальном положении и легонько коснулся губами ее виска.

Это всего лишь ушибы, напомнил он себе. Не первый раз и не последний.

— Ты уже видела этот ролик?

— Нет необходимости. Ведь я там была.

— Думаю, тебе стоит его посмотреть. — Рорк осторожно приподнял топик и вовремя сдержался, чтобы не выругаться. Вдоль ее ребер протянулась цепочка синяков.

— Еще две секунды или оцени ты неверно траекторию и скорость, и этот мальчишка не отделался бы одними синяками.

— Все произошло слишком быстро. Этот гад… ты вспомни, как он двигался. Как молния. Он подхватил мальчишку одной рукой, локтем другой толкнул его отца, затем описал пируэт и швырнул. Говорю тебе, Рорк, он когда-то играл в баскетбол. Причем профессионально. А еще он силен. Думаю, ребенок весил никак не меньше двадцати пяти фунтов.

— Двадцать семь, по словам его родителей.