Справа от него стоял трон поменьше, предназначенный для изящной Королевы Пенелопы. Слева, тоже стоял трон, в этот раз для безупречной Принцессы Синды.

Позади трио возвышался ещё один ярус. И хотя он был выше, все же казалось, что эта часть не что иное, как дополнение. И там сидел Принц Леопольд.

Не смотря на все то желание, испытываемое к Жозефине, как он сам утверждал, принц не стал тратить время в пустую и сопроводил ее к страже, оставляя на их "милость".

Опуленты стояли позади нее. Одетые в свои лучшие одежды, они собрались здесь, чтобы посмотреть на её новое наказание.

Женщины надели искусно пошитые платья с утягивающими корсетами и широкими, расклешенными юбками. Дерзкий макияж украшал их лица, усыпанные разноцветной алмазной пудрой. Их волосы были частично скрыты большими, головными уборами, украшенные драгоценными камнями, которые вздымались вверх в форме полумесяца. Золотые ожерелья обвивали их шеи, и скатываясь бусами на плечи и декольте.

Мужчины надели бархатные жакеты всевозможных оттенков, с золотой отделкой на плечах, локтях и подолу. Их брюки были более свободного покроя, чем на охранниках, и все же им удавалось, соответствовать формату, достигнутому в нелёгкой борьбе.

В Седуире красота больше ценилась, чем ум, а одежда была приоритетней еды. Политические интриги всегда присутствовали в полном разгаре.

Открытый рот был лживым ртом. Власть — столь же ценна, как и деньги. В меню всегда имелись похоть, жадность и пытки.

Жозефина ненавидела все это.

Каждая Фея обладала какими-то сверхспособностями,… хотя у нее самой, на самом деле, были две… ну кто-то явно лучше других.

Король был одарен вдвойне, как и Жозефина, способностью забирать силу других и формировать защитный круг вокруг своего тела.

Сила Королевы заключалась в способности, прикоснувшись к объекту, узнавать его историю. Леопольд мог вызвать боль у других лишь одним произнесенным словом.

Способности Синды, исчезли, когда она получила демона.

Жозефина слышала слухи, да и сама так думала, что сводная сестра умела превращать любой неодушевленный предмет в золото.

Король посмотрел на Жозефину, кристально голубыми глазами.

О-о, как она презирала этот цвет. Ей больше нравились глаза Кейна, нефрит и янтарь… и ей следует прекратить думать о нем, не так ли? Их связь закончилась.

Она не сможет увидеть его снова. Он не захочет ее видеть. Не после того, что она с ним сделала.

Сожаление накрыло её. Она уже оплакивала потерю Кейна. Сильного, красивого воина, который пришел, чтобы ее спасти.

С её губ слетел тихий всхлип.

— Тебе нечего сказать в свое оправдание, прислужница Жозефина? — Потребовал король Тиберий. — Ты причина всех наших неприятностей.

— Да, прямо сейчас ты должна стоять на коленях, — добавила королева Пенелопа, стряхивая невидимую частичку ворса со своего платья. — Молить о нашем прощении.

Проигнорировав вспышку протеста, вызванную этими словами, Жозефина не отрываясь, смотрела на своего отца. Даже если ему и было сотни лет от роду, король выглядел так же молодо, как и она.

У него были серебристо белые волосы, безупречная кожа и достаточно мускулов, чтобы сломать кости любому человеку.

— Я зол на вас, девушка. Ты не вернулась сама. Тебя пришлось преследовать, растрачивая в пустую время, энергию и ресурсы.

— За мной охотились демоны. — Это было правдой.

Он щелкнул языком по резцу.

— Я не терплю отговорок.

Она сглотнула и мудро промолчала.

— Однако, сегодня я великодушен, и не стану наказывать тебя. На этот раз. Но если ты когда-либо снова попытаешься лишить мою дорогую дочь ее кровных прав, какой бы ни была причина, я заставлю тебя хромать всю оставшуюся жизнь.

Я тоже твоя дорогая дочь, зарыдало сердце Жозефины. Единственное отличие в том, что королева не была ее матерью.

Позади нее послышался взволнованный шёпот. Люди хотели увидеть ее хромой.

Королева погладила ленту меха, свисающую с воротника платья.

— Мы послали стражников встретить тебя на выходе из ада. Ты убила их?

— Нет. Должно быть их убили демоны, потому что меня никто не встретил.

— Значит, демоны, — произнесла принцесса Синда.

Жозефина встретилась взглядом со своей сестрой.

Девушка моргнула. Сама невинность. Никакого раскаяния.

Являющаяся совершенством Фей, Синда имела белые локоны, увитые широким, изгибающимся головным убором из острых кристаллов.