Кейн развернулся и вышел из комнаты, демон проклинал его на каждом шагу.

Жозефины выполняла много обязанностей, и одно из которых, подача завтрака королевской семье. Прямой указ королевы Пенелопы, чтобы унизить девушку с самого утра, и каждого дня.

В ожидании начала трапезы, Жозефина прижалась к дальней стене в столовой, удерживая кувшин со свежевыжатым гранатовым соком.

Она должна была уже закончить, и вернуться к своей уборке, но никто не пришел.

Вероятно, все были заняты, поздравлением Кейна и Синды с предстоящим бракосочетанием, а счастливая пара, должно быть, утопала в комплиментах.

Ох, Кейн. Все они правы. Мы такая красивая пара, — возможно, говорила Синда. — Так идеально подходим друг другу.

Я идеален для всех, — возможно отвечал Кейн. — Но я рад, что, в конце концов, я с тобой.

Кувшин в руках Жозефины раскололся.

Она ахнула, когда холодная жидкость просочилась сквозь ткань перчаток и Жозефина устремилась на кухню за тряпками, пытаясь не попасться на глаза повару. Который не упускал любую возможность наброситься на нее.

Однажды, в наказание за преступления Синды, Жозефину неделю морили голодом. На третий день, муки голода стали настолько сильными, что она прокралась на кухню и стащила ломоть хлеба.

Повар поймал девушку, но пообещал молчать, если она проведет ночь в его постели. Вместо этого, Жозефина вернулась к себе, он так и не простил её.

Так, может она не была предельно честной с Кейном. Может один из мужчин… кроме ее брата… увидел в ней нечто большее, чем кровную рабыню.

Ииии… Повар прочистил горло и она оглянулась.

— Что ты теперь делаешь? Что ещё за проблему ты мне уготовила? — Он подошел к ней, и схватил за запястье, только чтобы с визгом отскочить. — Ты мокрая.

— А ты отстойно готовишь. Ну и?

— Да как ты смеешь! Меня не заботит кто ты, и ты не будешь оскорблять мою божественную кухню.

— Я только что это сделала.

— Попробуй снова. Если осмелишься.

Ладно.

— Твои пироги безвкусны, а пирожные тверды, словно камни.

Повар замахнулся, и сильно ударил её по щеке. Кожа запылала от острой боли. Жозефина ударила его в ответ. Пока он выбулькивал свое оскорбление, она послала ему воздушный поцелуй и убежала.

Сохраняя бесстрастное лицо, она убрала беспорядок в столовой и надела свежую пару перчаток.

Пока она не приготовила новый кувшин сока, под пристальным присмотром Повара, она не вернулась на свой пост.

Королевская семья все еще не прибыла.

Невнимательные жабы!

Она вздрогнула от нетипичной для неё вспышки гнева.

Должно быть, боль в щеке разозлила ее. И, ну, Кейн был занят женитьбой на Синде, после того, как заставил Жозефину провести ночь в его комнате. Ему стоило отменить свадьбу с восходом солнца!

И мне не стоило идти к нему. Никогда не стоило принимать его предложение, в надежде забрать его у Синды.

Жозефина была без ума от его предложения на кануне, но стоя здесь, и думая о прошлой ночи, она пришла в ярость.

Возможно, Кейн не помнил, но прошлой ночью он страдал от ужасных жестоких кошмаров. Он кричал и метался, но она сумела успокоить его.

Она. Не Синда.

Он держал её долгие мгновения, крепко обнимая, словно не мог заставить себя отпустить ее, а потом передвинул Жозефину на ее сторону кровати.

Очевидно, он как-то переборол свое отвращение к прикосновениям… но все же, не пытался поцеловать или дотронуться до нее.

Все это, должно быть он сохранил для принцессы.

Почему это разрывало ее на мелкие кусочки?

Помолвленный мужчина не должен делить постель ни с кем, кроме своей избранницы, а все те, которые изменяли должны быть… должны быть… кастрированы!

Я могу помочь ему с этим, подумала девушка. У меня нет опыта с ножами, но быстрый разрез и нарезка не должны стать проблемой.

Обдумываешь увечья? Я больше не знаю кто ты.

Я это ты, чучело.

Что, если Кейн уже влюблен в Синду?