— Да я, тренер, еще вообще не решил продавать тему или нет? Так-то компания и меня кормит, и детей потом будет…

— Да? — выпучил глаза шеф. — А братва базлает, ты на рыжиковой теме плотно присел. Чуть ли не сто кил уже барыгам скинул. Чего злато к рукам не прилипает? Там-то уж полюбасу лавэ побольше крутится, чем в кирпичах!

— Так-то — да, — кивнул я. — Пока таежные копалки другого не нашли, кто у них слитки по лучшему курсу будет брать. Или пока им покупки нравятся. А могут ведь и послать куда подальше. Не поеду же я их по дремучему лесу искать… Да и опасное это дело, дядь Вов. Хрен его знает, кто на золотую блесну клюнет… Может такая рыба всплыть, для которой я червяком буду…

— Опасно… — покачал головой тренер. И вдруг засмеялся. — Стареют мои быки. Бояться начинают. А ты не бойся, Андрюх. Ты и раньше знал, что тренер тебя в обиду не даст. А теперь и подавно! Зубами глотки буду рвать, когтями зенки вырывать за тебя! Понял?! Не бойся! Крути своих золотоискателей, пусть больше рыжья везут. Стволы еще нужны будут, или еще чего — все найдем. Со всеми добазаримся. Понял! И людишек им в рабство еще подкинем. Ты только держи их. Не давай в сторону смотреть. Покажи, что ты все можешь, что на тебя можно полагаться. Что ты незаменимый чувак, и реально разрулишь любые их рамсы. Осознал?

Осознал, ясен день. Чего тут не осознать-то было? Знакомая до боли, старая песня, бляха муха, о главном. Чисто пацанский русский бизнес. Руби бабло сейчас! Завтра или тебя или лавэ уже не будет. Появилась тема снять пенки со сделки, и шеф тут как тут. Типа — гарант законности. Президент страны отдыхает, пока тренер работает. А чтоб клиент, то есть — я, все правильно понял, вскорости нужно было ждать гостей. Каких-нибудь грубых мужчинок с корочками и огромными понтами. И вменять мне станут естественно незаконный оборот драгметаллов. Ну чтоб и по этой теме я о кармане шефа не забывал.

Вот сколько я знаком с тренером? Лет двадцать пять? Тридцать? Давно, короче. И что меня всегда в нем поражало, а первое время даже и восхищало, так это умение видеть ситуацию, так сказать комплексно. В общем. Как бы с высоты птичьего полета. Отсюда и его легендарные догадки и непредсказуемые решения.

И вот, если взять наши с ним отношения, и связывающие дела, да и вставить их, как детальки огромного пазла, в общую картину, то проявится интересная и нефига не радостная для меня фигня. Я превращаюсь для тренера из старого знакомца и соратника по былым свершениям, в банальную корову. Толстую, сиськастую — или как там это называется у скота — дойную корову. Вислоухую Зорьку, бляха муха, дающую вместо молока — чистое бабло.

Было немного обидно. Совсем чуть-чуть. И не так из-за того, что исключили из стаи, и причислили к стаду, как от осознания того, как легко и быстро были забыты прошлые мои заслуги. Пока с меня особенно нечего было взять, я был "сынком" и старым хулигангстером. Теперь — лох, с полными карманами золотых слитков.

Ну, допустим, в "отцовскую" любовь шефа я и прежде не верил. Слишком хорошо его знал. Слишком много видел его поступков и решений. Быть может, за слишком головастого меня в группировке не считали, а я и не настаивал. Куда мне хотя бы до умницы Егорки. А вот с наблюдательностью у меня всегда было все в полном ажуре. Как без этого снайперу? И память у меня хорошая.

Короче, скажем прямо — родственных чувств я к "дяде" Вове не испытывал. Подвернулся бы случай, не задумываясь слил бы его, как парашу в канализацию. Жаль, не подвернулся пока. Придется теперь жить с оглядкой. Почаще смотреть за спину, и не делать того, за что набивающийся в родню красномордый может уцепиться. Ну а там, как говаривал уважаемый Ходжа Насреддин — или ишак издохнет, или падишах представится. Или так все вывернется, что шефа его же высокие покровители за малую плюшку противникам сдадут, или мы окончательно за порог уйдем.

Но вот в чем я после разговора с тренером уже совершенно не сомневался, так это в том, что теперь, после убытия Олега, любопытные мальчики станут ходить за мной. Я теперь для шефа ценность, за которой нужно присматривать, холить и лелеять. И выискивать допущенные мной косяки, за которые можно будет снять с куска золота дополнительную стружку.

В конце концов, я решил, что какое-то время, абсолютно точно до момента, когда "заказчик" явится забирать со склада бездну ящиков со стволами, я могу считать себя в полной безопасности. Палева никакого я за собой не чуял, и единственное о чем реально стоило позаботиться — так это о прикрытии для совершенно неприличного количества перемещаемых за Подкову грузов. Стройматериалов, людей и техники. Легенда с отправлением всего этого барахла на секретную стройку, заказанную Министерством Обороны, для генерала из самой любознательной конторы, лопнет мыльным пузырем в один миг. И тогда этот самый генерал возьмет в суровую длань модный смартфон, наберет заветный номер бывшего тренера по самбо, и спросит что-нибудь в том роде, что это, мол, твой лошок втихаря невесть куда перемещает? Откуда всякую хрень берет — понятно, а вот куда девает — нет. Типа, возьми ка, морда бандитская, своего человечка за жабры, да и вызнай че к чему. И, если он каким-то таинственным образом с суеты своей здравые лавандосики мает, то почему мы, в смысле они с генералом, все еще мимо пролетают, как та вшивая фанера над Парижем?

Вот тогда станет мне по настоящему неуютно и придется реально рубить хвосты и валить за Радугу.

Было о чем задуматься, бляха от ремня. В кабинете у себя гору бумаги схемами изрисовал, но так ничего путнего и не изобрел. Да и вообще — поймал себя на мысли, что рановато трепыхаться начинаю. Компанию еще не продаю, и не уверен точно стоит ли это делать. И мальчики с внимательными глазами нас еще не спалили. А значит, можно пока отодвинуть эту проблему в сторону, и заниматься более насущными вещами.