– После задержания подозреваемые не шли ни на какие контакты с сотрудниками полиции, – ответил за всех Пальфи. – Надеюсь, вы сможете вызнать у них больше.

– Да уж постараемся… – пообещал человек в плаще. – Господа, я официально благодарю вас за сотрудничество. Еще раз приношу свои извинения, что нам пришлось забрать у вас дело. Впрочем, забрать не совсем точное слово, мы, в силу необходимости, забираем у вас только нужных нам свидетелей и фигурантов, но вы можете и дальше проводить свое расследование. Единственная… просьба. Информировать нас обо всех ваших продвижениях в ходе расследования. Со своей стороны, и мы обещаем передавать вам всю интересную для вас информацию, касающуюся этого дела, если она попадет к нам в руки и будет дозволена передача ее сторонней службе. Еще раз благодарю за содействие и желаю успехов. Всего доброго.

Закончив свою речь, сотрудник СНБ пожал руку Пальфи, поклонился остальным и направился к выходу.

Рагоза подошел к Роману и Лагачу.

– Не понимаю. Он забрал материалы, но позволил нам дальше заниматься этим делом… Почему?

– Потому что он сейчас забрал нашу единственную ниточку, за которую мы могли его распутать, – ответил Лагач.

– Ребята, надо поговорить, – сказал Роман.

От дверей участка отъехал серый микроавтобус.

– Значит, он напоследок оставил тебе адрес? – уточнил Рагоза.

– Да.

– А почему ты не сказал об этом «снобам»? – спросил Лагач, пристально посмотрев на Романа.

Тот смутился:

– Даже не знаю… Понимаешь, что-то тут не сходится. Какой смысл деду давать нам адрес, если мы с СНБ все равно работаем «в одну корзину»? Значит, есть в этой истории что-то, чего мы пока не понимаем.

– М-да, задал ты нам задачку.

– Ты посмотрел, кто проживает по адресу? – спросил Рагоза.

– Да, – сказал Роман, кивнув на браслет. – По базе – пенсионерка. Шестьдесят восемь лет. Живет одна.

– И что мы будем делать с этой информацией? – осторожно осведомился Лагач.

– А что мы можем с ней сделать? – спросил Рагоза философским тоном. – Только одно.

– В смысле?

– В смысле съездить и посмотреть.

– А СНБ? – напомнил Лагач.

– А что СНБ? – спросил Рагоза.

– Осерчают они на нас.

– Пускай серчают. Мне СНБ не жена и не теща, чтоб я из-за этого беспокоился. Не знаю, как вам, а мне уж больно охота узнать, в чем тут дело.

Лагач перевел взгляд на Романа.

– А ты что думаешь?

Роман помолчал и сказал:

– Формально дело у нас не забрали. Поэтому, теоретически, можем.

– Но СНБ просило нас информировать, если появится любая новая информация по делу, – напомнил Лагач.

– Вот мы съездим, проверим и, если будет что-нибудь интересное, проинформируем, – сказал Рагоза. – Повода к нам придраться не будет. В конце концов этот старикан мог и дурака свалять. А если они нам после этого скажут: «стоп», – оставим и забудем.

Лагач вздохнул:

– Ребята, объясните мне, зачем вам все это надо?

– Ну, старичок. Раз ты задаешь такие вопросы, значит, как детектив ты еще не состоялся, – сказал Рагоза.

– И когда мы это сделаем? – спросил Лагач.

– Так мы сейчас вроде ничем не заняты, – подмигнул Рагоза. – Вечер, конец смены.

– Кто здесь останется?

– Все вместе поедем. Попросим дежурного капрала принимать звонки.

– Ладно, – Лагач вздохнул. – Я на секунду…

– Ты куда? – спросил Рагоза.

– Куда-куда… – буркнул Лагач. – Сейчас… гидравлику стравлю – и поедем.

Машина шла мягко. Здесь недавно положили новый асфальт, да и Лагач оказался классным водителем. Роман сидел рядом с ним, а Рагоза ютился на заднем сиденье.

На перекрестке Лагач улучил момент, приподнялся, поерзал в кресле, чтобы получше усесться, и бухнулся обратно на спинку. Сидевший сзади Рагоза жалобно охнул:

– Да тише ты, слоняра! Все ноги мне отдавил! Не один здесь.

– Не бухти, – отозвался Лагач. – Не я же этих малолитражных недомерков закупил вместо нормальных машин. Если бы автомобили закупили по моей мерке, ты бы сейчас на заднем сиденье мог в футбол играть.

– Я лучше за Романа пересяду, – вздохнул Рагоза. – Блин, не понимаю, как чехи могут делать такие маленькие автомобили, – ворчал он, перебираясь вправо, – они же так любят пиво…

– А в Твердинске экипажи на здоровенных «фордах» разъезжают, – вздохнул Роман, вспомнив свою недавнюю поездку.

Служебные малолитражные «шкоды» были отличными юркими машинками, незаменимыми в центре города, где приходилось разъезжаться в пробках и нырять в тесные проездные подворотни. Но внутренним простором они не отличались, потому и заслужили у экипажей меткую кличку «килькавоз». Говорили также, что нет для преступника худшего наказания, как запихнуть его на заднее сиденье такой машины.