– Ерунда, – скривился Пастухов. – Не обращай внимание. До свадьбы заживёт.

Опять он о какой-то свадьбе, подмечаю я, чьей? Мне ещё рано. Значит, о своей… Это логично. Об этом я подумал уже на кухне. Пока там охи-ахи и лирика, я вспомнил о своих обязанностях, маманя же в Балашихе, на правах хозяина метнулся на кухню, включил чайник, хлопнул крышкой холодильника, потом дверцами шкафа, то сё…

Вернулся… Разливая чай по чашкам, услышал уже концовку. Эх… Пожалел, что опять без меня обошлись Подумал, ничего, мне не привыкать «догонять». Не догоню, так догадаюсь, не впервой.

Ещё КолаНикола передал мне дружеский привет от Марго, видимо созвонился, у меня опять на душе тепло стало. Хотя, не скрою, я обратил внимание на дружескую сторону привета, как на занозу в пальце, но вида не подал. Потому что дядя Гриша на меня внимательно смотрел, вроде успокаивал взглядом. Быстренько попили чайку.

– А сегодня точно четверг, точно? – неожиданно спросил дядя Гриша. КолаНикола с Волковым кивнули головами, видимо Пастухов об этом уже спрашивал.

Я не понимал вопроса, но подтвердил.

– Вчёра была среда. Да! ТV-6 не работал, на профилактике был. Помнишь, мы смотрели, телеканал не работал?

– Ага. Это хорошо, что четверг. Значит так, братцы, – дядя Гриша легонько хлопнул по столу. – На всё про всё у нас меньше четырёх часов. Коля, ты не представляешь, как ты вовремя. Не подведёшь? Я на тебя надеюсь. Переодевайтесь. Ты и Волька. Одежда в сумке.

Ногой выдвинул из-под стола спортивную сумку. Сумка была незнакомой, такой у нас не было. Дядя Гриша пояснил мне:

– Наша, наша, Волька, не смотри, теперь наша. Майор принёс… Когда ты за колбасой в магазин бегал.

Я мысленно удивился. Лицом не дрогнул, потому что физику тренирую. Колбасу я помню, да, это было. Даже в очереди не пришлось за ней стоять, экономический кризис в стране, понятное дело, а майора не помню, потому что не видел. Уж сумку бы такую я точно заприметил… К тому же, я проверялся, то есть оглядывался. Всё чисто было. И никакого майора. Вот же-ж КГБэшная школа! Ниндзя вокруг сплошные.

КолаНикола раскрыл сумку…

– Бог с тобой, Гриша, когда я кого подводил, – заметил он, вынимая светло-серые штаны-комбинезон, вязанные шерстяные шапочки и шерстяные свитера. Я тоже заглянул в сумку, увидел два мотка альпийской верёвки, и страховочные карабины. – Всё будет как в Греции. – Пообещал КолаНикола, вздохнул, примеряя комбинезон – явно ему великоват – пришлось штаны подворачивать и лямки подгонять. – Ребята бы не подвели.

О ком это он, я уставился на главреда, при чём тут мы и какая-то Греция. Пастухов успокоил меня.

– Волька, Волька, – замахал он руками, – не дуйся, это не о тебе. Дядя Коля о других говорит. – И бросил главреду. – Ребята не подведут… будем надеяться.

– А я? Что мне делать? Мне-то задачу поставьте, – потребовал я. А то ещё, чего доброго, оставят в машине сидеть.

– А ты… Ты не забыл ещё свою горную подготовку, помнишь? – дядя Гриша изучающее смотрел на меня, по взрослому. – Вроде недавно было.

Ха, я бы не помнил. Я с детства горы люблю. Мне моря не надо, дай только по скалам полазить. В погранцах с удовольствием горную подготовку проходил. Зачёт почти сразу получил, и потом каждый раз. Потому что инструкторы у нас хорошие были. Как ящерицы. Чистые ниндзя. Почти по отвесной скале, с полным боевым снаряжением, на тросах, со страховкой, хоть вверх, хоть вниз… нас готовили. Со стрельбой по мишеням. В статике и в движении. И в зной, и в мороз, и в дождь… Выше только орлы и облака… Облака часто ниже. Такая специфика. Адреналин в крови! Свежий воздух. Молодецкая удаль!.. Ё-моё!.. Но со страховкой. Только с ней, родимой! Вниз мне, например, больше нравилось спускаться. Особенно летом. Зимой сложнее, опаснее. Оттолкнёшься ногами, особенно летом, лицом к скале, и травишь трос метров пять – шесть, оп, мягкий упор ногами, толчок и опять вниз… Рукавицы аж дымятся… Красота… Красиво потому что. Можно и быстрее, но – не нужно. Потому что техника безопасности превыше всего. Рукавиц не напасёшься, и ладони сожжёшь. И развернуть ветром может, и смачно припечатать к скале спиной или головой, до потери сознания. Кому это надо? Ещё и оружие повредить… Это совсем ни к чему. «Горы шуток не любят. Горы не прощают. Техника безопасности, дружба и взаимовыручка превыше всего». Так наставляли нас инструкторы.

Одно сейчас непонятно было: о каких горах дядя Гриша говорит, и где он их здесь видит? Не о пятиэтажке же, правда! Это не горы. Это пустяк. Так себе.

– Вот и вспомнишь, – заметил дядя Гриша и махнул нам рукой. – Переодевайтесь и езжайте. Особо не светитесь. Помните о видеокамерах на подъездах. Мне, к сожалению, своими бинтами светиться нельзя. Придётся в запасе остаться. Не обижайтесь. Я на связи. С богом! – благословил патриарх.

Куда благословил? Ха, а я догадался, я понял куда: к Лике, естественно. Любовнице генерала. Прихватив два мотка верёвки и связку карабинов, я шагнул замыкающим. Дядя Гриша успел похлопать меня вдогонку по спине, давай, мол, действуй, я на тебя надеюсь. Я кивнул головой, конечно, не подведу. КолаНикола врежет приёмчиком любовнику по шее, а я его быстренько верёвкой профессионально спеленаю, и все дела.

Легко сбежав по лестнице, пряча взгляды и чуть пригибаясь, быстро забрались в волковскую «тойоту», я, КолаНикола и Волков, Волков за рулём, и поехали…

В машине я отвлёкся, вновь прицепился взглядом к навигатору. Это у меня релаксация такая, как раньше перед выходом в наряд. Как на границе. Штуковина для взгляда мелкая, а притягивает, так и хочется её в незнании предмета уличить… Отвлекает. Она ещё и говорит… Так и… Подъехали к Киевскому вокзалу.