– О, кто к нам пожаловал! Мой любимый племянник!

Искендер слегка улыбнулся:

– Как дела, дядя?

– Отлично. Чему обязан радости тебя видеть?

– У меня назначена встреча с друзьями по соседству. Вот я и решил по пути заглянуть к тебе.

Парень говорил по-турецки, но при этом то и дело вставлял английские слова. Акцента в его речи не ощущалось, но словарный запас не отличался богатством. Надо бы отправить его в Стамбул хотя бы на несколько месяцев, подумал Тарик. А еще лучше привезти ему невесту – скромную девушку из какой-нибудь анатолийской деревни. Надо будет поговорить об этом с Пимби.

– Как успехи в школе? – спросил он. – Учителя не обижают?

– В школе все нормально, – равнодушно бросил Искендер.

– Боксом-то занимаешься?

– А как же. Тренер говорит, у меня большое будущее. Но мама хочет, чтобы я бросил это дело.

– Что ж, ее можно понять. Она боится, что тебя когда-нибудь исколошматят на ринге.

Искендер помолчал, прислушиваясь к постукиванью четок, которые беспрестанно перебирал дядя.

– Дядя, один мой хороший друг попал в беду, – наконец заговорил он.

– Вот как? И что же, он пришел к тебе за советом?

– Ну да. Я всем этим пацанам как старший брат. Они всегда ко мне обращаются, когда попадают в переплет.

– И что же случилось с твоим другом?

– Ему нужны деньги.

Тарик сдержал тяжелый вздох:

– О какой сумме идет речь?

Когда Искендер назвал сумму, Тарик удивленно почесал бороду:

– Зачем это мальчишке такая пропасть денег?

На лицо Искендера набежала тень, в глазах мелькнула тревога, но, когда он заговорил, голос его звучал спокойно и невозмутимо.

– Похоже, его девушка забеременела. Деньги нужны на операцию в клинике.

– Понятно, – кивнул Тарик. – А эта девушка… Она англичанка? Я имею в виду, настоящая англичанка?

– Да, конечно.

Тарик подавил вздох облегчения. Хорошо, что эта девка не живет по соседству, не принадлежит к иммигрантскому сообществу. Значит, обойдется без семейных разборок, без полыхающих жаждой мести отцов и старших братьев. В голове у Тарика крутился целый рой вопросов, однако он понимал, что задавать их не имеет смысла. Ощущая на себе взгляд племянника, он встал и направился к сейфу, стоящему в задней комнате.

Искендер смущенно отвел глаза, когда дядя положил перед ним деньги.

– Скажи своему другу, что поможешь ему.

– Спасибо, дядя.

– Но объясни ему, что помогаешь в последний раз. Пусть сам учится выпутываться из неприятностей. Иначе пропадет. Надеюсь, он это поймет. И передай ему привет от меня.

– Не волнуйся, дядя. Он понятливый парень. – Искендер спрятал деньги в карман и направился к выходу, однако на полпути к двери остановился: – Дядя?

– Что еще? – обеспокоенно прищурился Тарик.

У него мелькнуло подозрение, что из переделки, в которую угодил мальчишка, не выкарабкаться при помощи нескольких банкнот.

– Ничего. Просто я хотел сказать, что ты мне как отец.

Лицо Тарика просветлело.

– А как же иначе? Я всегда рад тебе помочь.

Искендер едва заметно кивнул. Взгляд его внезапно стал серьезным.

– Настанет день, когда я сумею тебя отблагодарить. Вот увидишь.

В пятницу, когда Мерал в обычное время принесла мужу обед, Тарик разговаривал по телефону. При этом он вскидывал подбородок и дергал себя за бороду, как делал всегда, сдерживая приступ ярости. Судя по тому, что он молчал, его собеседник на другом конце провода говорил почти беспрерывно. Мерал тихонько проскользнула мимо мужа и принялась накрывать на стол в задней комнате. Сегодня она приготовила манты [15] с соусом из кислого молока и сливочного масла. В соус она положила больше перца чили, чем обычно, и волновалась, что мужу это не придется по вкусу.

Закончив накрывать на стол, Мерал взяла влажную тряпку и стала протирать полки. Золотые браслеты на ее запястьях тихонько позвякивали. Она переставляла жестянки с тушенкой и консервированными бобами, бутылки с томатным соусом, банки с маринованным луком, пластиковые контейнеры с капустным и картофельным салатом – едой, которую она никогда в рот не брала.

– Кто же покупает все это? – как-то спросила она мужа.

– Современные жены, – ответил Тарик. – У них нет времени готовить. Весь день они на работе, а вечером заглядывают в магазин, покупают банку тунца, заправляют майонезом и подсовывают своим мужьям под видом ужина.