И вампир подчинился приказу.

– Ой! Да не меня! Нитку!

Игривый укус не причинил боли, скорее наоборот.

– Мы почти на месте, – прорычал наш водитель, к своему превеликому огорчению, не участвующий в забавах с платьем. – Заканчивайте возню.

Пару мгновений вампир сопел мне в поясницу, перекусывая нить, затем вздохнул и выдал удивленное «кхм».

– Что случилось? – забеспокоилась, чувствуя новую неприятность.

– Герда, твое платье…

– Что случилось?! – повторила громче.

Не дожидаясь ответа, достала из клатча зеркальце и… и чуть не потеряла сознание. Из-за манипуляций Лазаруса с бантом слегка разошелся шов и вырез углубился, и из него гордо выглядывал верх кружевных трусиков.

– Ну спасибо…

От моего злого шипения вампир отмахнулся, оправдываясь, что никто не мог знать, что бант скреплял швы платья.

– А мне нравится открывшийся вид! И татуировка лучше просматривается, – восторженно донеслось с водительского кресла.

– Ты знаешь, да, в этом что-то есть, – согласился вампир. – Только, Герда, трусы придется снять.

– Ага, сейчас.

– Я не шучу. Демонстрировать нижнее белье – вульгарно.

– А голую задницу – прилично?!

Если садясь в автомобиль, я почти не соображала от страха, представляя, как вскоре предстану перед десятками полуночников, то сейчас меня переполняла убийственная злость. Бантик ему помешал! У-у-у, кровопийца!

– Красивую – нет, невульгарно, – невозмутимо сказал Лазарус и пригрозил: – Снимай трусы сама, или за тебя это сделаю я.

Я устала от препирательств, да и понимала, что вампир прав. И выглядывающее из выреза белье вызовет больше пересудов, чем обнаженность сверх меры.

Автомобиль подъехал к воротам высокого каменного забора, за которым возвышался трехэтажный дом и росли ровные ряды вечнозеленой туи.

Опустив стекло, Руслан предъявил охранникам пригласительные, и ворота открылись. Когда вертигр остановился, отыскав свободное место среди припаркованных автомобилей, я попросила парней выйти из салона. Через минуту каблуки моих туфель уже топтали зелень газона.

Лазарус молчал, улыбаясь уголками губ.

А вот Булатов не сдержался:

– Как я и говорил, бросила в бардачок мне на хранение?

Показав фигу зеленоглазому зубоскалу, взялась за предложенный вампиром локоть.

– В итоге неприятность с платьем нам только на руку, – озадачил меня Руслан, встав слева и предложив и свою руку для опоры.

– Ты читаешь мои мысли, – заметил Лазарус.

Я с подозрением по очереди посмотрела на несносных рыцарей. Опять издеваются?

– Когда выходили из квартиры, от тебя пахло страхом, сейчас – злостью и задором. Эта комбинация предпочтительнее в помещении, переполненном хищниками.

Меня словно молния озарения стукнула по макушке.

– Так с бантом это специально?! Чтобы я перестала бояться?

Мои спутники скромно промолчали.

А когда подходили к крыльцу дома, меня опять осенило: а как общаться с людьми, которых я якобы должна знать? Как понять, с кем знакома, а с кем нет?

– Не бойся, мы подскажем, – успокоил Лазарус. – Никто ничего не заподозрит. Главное, будь вежлива, корректна и официальна. По-дружески можешь общаться лишь с магами, чьего ребенка спасла от колыбельника.

– Глава общины вертигров – Чернов Демид. Его жену зовут Эммой, единственного сына – Иваном, – просвещал меня Булатов. – Мастера вампиров – Симеон. Запомни, Симеон, не Семен или Симон, он ненавидит, когда коверкают его имя.

– А пришлому вампиру, в шутку назвавшему его Симоной, он сначала выдрал язык вместе с гортанью, а затем оторвал и глупую голову, – будничным голосом вставил Лазарус.

Все, крепко-накрепко запомню, что у Мастера мало-мальское чувство юмора отсутствует напрочь!

Помолчав, Руслан продолжил:

– Главу Совета магов…

– Глава такие мероприятия не посещает, – снова перебил оборотня Болконский, – не забивай Герде голову лишней информацией.

Я оскорбилась: сомневаются в моей памяти, раз выдают информацию дозированно? А потом подумала и согласилась, что правильно делают – если начнется мандраж, хоть бы это вспомнить. В последнее время события вокруг завертелись-закрутились и я несусь по жизни галопом, не успевая толком оглянуться, собраться с мыслями. Вон даже про абракадабру никак не спрошу.