– Что тебя развеселило? – подкрался сзади Руслан.

– Весьма активный досуг! – Я навела курсор на снимок спальни.

– Сомневаешься, что в постели можно активно отдохнуть? – Булатов игриво мне подмигнул. – Могу научить, если захочешь.

Улыбнувшись, пообещала:

– Я подумаю над твоим любезным предложением.

– Что, правда? – У вертигра округлились глаза.

– Правда-правда… только ничего не обещаю.

– Ух! – Руслан демонстративно, якобы с облегчением, провел ладонью по лбу. – А я уж подумал, что тебя подменили, пока спала.

– Кем подменили?

– Развратным двойником из зазеркалья.

Фыркнув, спросила с надеждой:

– И ты испугался?

– Обрадовался…

– Ах ты!..

В оборотня полетела подушка. Парень отпрыгнул с траектории удара, и снаряд, пущенный со всей заемной силой, угодил в Лазаруса, не вовремя заглянувшего на шум.

– Как дети малые! – возмутился блондин и швырнул подушку обратно. Только прежде чем вернуться на свое законное место, она попала Руслану по уху…

То ли бросали мы, не контролируя силу полуночников, то ли внутренний чехол оказался с дыркой, но из подушки посыпался пух.

– В средневековой Европе существовало наказание, когда подсудимого обмазывали смолой или медом, а затем вываливали в перьях, – задумчиво проговорил вампир и высыпал пригоршню пуха мне на волосы.

– Не поняла?! – Сказать, что я ошалела, значит ничего не сказать. – Я в чем-то провинилась?

– Нет, это на будущее.

– Ну все! Ты попал! – Вырвав из рук Лазаруса растерзанную подушку, пообещала расправу и смеющемуся Руслану: – И ты тоже!

– Я же ничего не сделал!

– Вот именно! – И устроила побоище.

В комнате наступила «зима», «снег» лежал повсюду: на люстре, на мебели, на ковре, на наших волосах и одежде…

Отдышавшись, я жалобно простонала:

– Мамочки… и кто будет убирать этот курятник?

– Тот, кто меньше всего занят, – предложил блондин.

– Ой, а мне еще купальник покупать! – вдруг своевременно вспомнилось мне.

– Я с тобой, – быстро сориентировался Лазарус, – не только как охранник, но и как советчик.

– Эй, я тоже разбираюсь в нижнем белье!

– Рус, купальник – не нижнее белье, – попытался выставить себя знатоком Болконский.

– Ой, да без разницы…

– Ты слышишь, Герда? Не бери его, а то вместо бикини купите шубу, – подзадоривал Булатова вампир. – Пусть лучше квартиру убирает.

Спор разгореться не успел – Руслану позвонили.

– Здравствуй, Илья. Это срочно? Ладно, слушаю.

Насколько я помнила, Ильей звали директора «Валгаллы», спортивного клуба Булатова. И тревожил он босса только по важным вопросам, которые мог решить лишь владелец заведения.

Сделав мне знак выходить из комнаты, вампир заговорщицки шепнул:

– Руслан, пылесос в кладовке, справа.

И, довольно хохоча, направился следом за мной. Приводили в порядок одежду и выбирали перышки из волос друг у друга уже в подъезде.

На покупку купальника ушло около трех часов, половину этого времени мы потратили на хождение по торговому центру. Лазарус отверг мои любимые цвета – зеленый, голубой и желтый, сказав, что их я могла бы выбрать и без его помощи. И заставил примерять черные, розовые и фиолетовые купальники. В итоге я выбрала лиловый. Когда уходили, консультанты бутика провожали нас грустными вздохами, точнее, адресовались они Лазарусу, не мне. На меня девушки-продавцы глядели волком, хоть я и не давала повода думать, что привлекательный молодой мужчина, разбирающийся в женской одежде, прочно занят мной.

Затем Лазарус со всей дотошностью выбирал себе солнцезащитные очки – та еще картинка, если вспомнить, что он вампир и предпочитает держаться в тени. Ну а я скучала рядом. Томилась, пока сквозь стеклянную дверь не увидела девушку, которая отбила моего первого парня. Выходя из магазина детской одежды, она уронила пакеты с покупками. Быстро их собрать не получалось из-за бэби-слинга, висящего спереди. Из него торчали голые ножки и курчавая головка спящего младенца. Ребенок Григория? После предательства я не интересовалась его дальнейшей судьбой, краем уха слышала, что он уехал с новой девушкой за границу на ПМЖ.

Повинуясь импульсу, я вышла в холл торгового центра и стала помогать собирать детские вещи.

– Привет.

– Здравствуй, – настороженно произнесла девушка. Недоумение в ее глазах быстро сменилось узнаванием, но тревога никуда не делась.

Когда-то, вспоминая, как забинтованный Гриша прямо в палате ее целует, я люто соперницу ненавидела. Сейчас злости не было, одно острое любопытство: как сложилась их семейная жизнь и доволен ли предатель своим выбором?

– Приехали погостить к родителям? – с героической невозмутимостью спросила я. – Надолго к нам?