— На стоянке около клиники.

Света потянулась к телефону, но Порошин перехватил ее руку.

— Я в клинику сам позвоню, скажу, что ты заболела, вечером не придешь. Ничего с Вадимом от этого не будет, потерпит пару дней без тебя.

Ирина осторожно вела машину и ворчала:

— Где тебя угораздило так простудиться?

Света сидела рядом, полузакрыв глаза.

— Как Димка будет без меня? Ему плохо, у него температура, — она думала только об этом.

— Света, очнись! Тебя саму впору на койку укладывать! Совсем прозрачная стала! — Ирина возмущенно посмотрела на нее. — Если свалишься, вам обоим хуже будет, но ему – в первую очередь. Поехали лечиться.

Дома у Светланы Ирина не была ни разу, но быстро разобралась, где что находится. Она помогла подруге раздеться и поспешила на кухню. Через десять минут Света лежала под одеялом, а Ира поила ее горячим чаем и расспрашивала о Медведеве, потому что ни о чем другом девушка говорить не могла.

— Это я виновата в том, что произошло! Я простила его, но не хотела помириться просто так! Хотела отомстить, хотела, чтобы он страдал! Я добилась своего! Ты бы только знала, как он изо всех сил старался даже не смотреть в мою сторону, а сам глаз с меня не сводил, пытался внушить самому себе, что ненавидит меня, а я чувствовала, что его тянет ко мне и что ему невыносимо тяжело переносить мое равнодушие, но продолжала мучить его.

— Успокойся, Светик, ты не должна себя ни в чем винить, — Ира обняла ее и почувствовала, что та вся горит.

Она утешала ее, говорила, что Вадим обязательно поправится, что все будет хорошо, они поженятся, у них родятся детишки, жить они будут долго и счастливо. Света задремала, а Ира вышла на кухню позвонить Сергею.

— Сереженька, я сегодня переночую у Светы. У нее простуда с высоченной температурой, да и просто ей очень плохо. Я побуду с ней.

— Я сейчас к вам приеду. — Сергей собирался приехать к Ирине, но ждал ее звонка ближе к вечеру. — Скажи, что нужно привезти? У Светланы какие-нибудь лекарства есть?

— Не знаю, сейчас посмотрю и перезвоню тебе.

После короткого сна Света почувствовала себя чуть лучше. Ирину она застала за изучением содержимого холодильника.

— Ты зачем встала? — Ирина всплеснула руками, когда увидела ее на кухне. — Лежи и не вылазь из-под одеяла! Я разговаривала с Сергеем, он сказал, что приедет, по пути зайдет в аптеку. Я смотрю, что у тебя хозяйство в еще большем расстройстве, чем у меня, — вздохнула Ирина, покачав головой, — конечно, где тебе сейчас им заниматься… Ни времени, ни сил.

— А ради чего? Если Димка не поправится, то и я не смогу жить, — Светлана всхлипнула. — Все ни к чему!

— Что за упадническое настроение?! — Ирина поняла, что так на Свету подействовала болезнь, присоединившаяся к запредельной усталости. — Иди ложись немедленно!

Она обняла расстроенную девушку и повела ее в комнату.

— Меня Сережка взялся перевоспитывать, а я возьмусь за тебя, — пообещала она. — Сейчас сварим курицу, буду отпаивать тебя бульоном.

Примчавшийся к Светлане Сергей хозяйничал на кухне; пока варилась курица, он решил перемыть всю посуду, которая накопилась в мойке. Время от времени появлялась Ирина, наливала очередную чашку чая или искала таблетки.

— Иришик, как ты думаешь, Света не обидится, что я у нее распоряжаюсь, как у себя дома? Я посмотрел – чистой посуды почти нет, вся тут, — он заглянул в наполненную почти до краев горячей водой мойку, — и в холодильнике с остатками.

— Бедной девочке сейчас не до этого, — вздохнула Ира. — Я не понимаю, как она до сих пор не свалилась, по нескольку дней не бывая дома. С Вадимом занимается, а о себе забыла. Нам с тобой нужно взять над ней шефство.

— Да, как-то нехорошо получается, — кивнул Сергей, — то все по очереди клялись ей в любви, а сейчас, по сути, она осталась один на один с этой бедой, мы, вроде бы, ни при чем, в стороне.

— Я останусь со Светой, а ты сходи в магазин, пока там очередей нет, — Ира вновь открыла холодильник, покачала головой и начала на ходу составлять список.

Светлана, как ни плохо ей было, могла думать только о Вадиме. Она несколько раз звонила в клинику и спрашивала о его состоянии.

— Света, угомонись, — терпеливо уговаривал ее Худяков, — лечись сама, Вадима мы без присмотра не оставим. Вместо тебя Римма с Аленой подежурят, я уже договорился. Игорь здесь, да и я послежу за обстановкой.

Вечером позвонил сам Медведев:

— Светочка, выздоравливай поскорей, а за меня не волнуйся, — он еле ворочал языком, но постарался говорить четко и громко, — мне получше.

Вадим сказал неправду – температура к вечеру подползла к тридцати девяти, и он снова впал в полубредовое состояние. Ему мерещилось, что он лежит на скале, которая тверже любого гранита. Под ним был неровный камень, который царапал кожу; когда он провел рукой по простыне, шершавая поверхность наждака оказалась под пальцами. Медведев понимал, что этого не может быть, и только слабо удивлялся такой обостренной чувствительности.