– Сэкономишь нам на "Мерседес", – улыбнулся Волконский.

– Саш, ты сам хочешь ребёнка?

– Да! Очень хочу! Но, обещай мне, что не станешь прерывать лечение Бренделя, не посоветовавшись со мной!

Нина Петровна дала слово.

Поутру она, действительно, направилась в женскую консультацию.

– Валя! Останови здесь, дальше я пешком, – сказала Волконская за квартал до женской консультации.

Валентина похвалили подругу за находчивость.

– Полис не забудь! – сказала она.

– Не забыла. Подождёшь полчасика, а потом поезжай! Если что, я позвоню в гараж.

– У меня есть два часа, как минимум! – улыбнулась Валентина.

Нина Петровна дошла до серой пятиэтажки, внешне смахивающей на общежитие, потому что не было балконов. Облезлая табличка с надтреснутым стеклом свидетельствовала о том, что госпожа Волконская не ошиблась адресом.

После проверки документов в регистратуре её заставили пройти флюорографическое обследование.

Из кабинета флюорографии Нина Петровна вернулась к стойке регистратуры. Окошко, в которое она обращалась вначале, оказалось закрытым. За стеклом стояла табличка с надписью, исполненная корявыми буквами: "Перерыв 15 минут".

Нина Петровна постояла, облокотившись на стойку, изучая древние плакаты на облезлых стенах. Дамы с довольно таки щуплым бюстом, трогали собственную грудь, разыскивая признаки начинающего рака молочной железы. Нина Петровна сняла очки, искажающие изображение. Потихоньку-помаленьку она разобралась в латинизированном тексте. Пользуясь начатками знаний латыни, Волконская поняла: вначале развивается мастопатия, затем она переходит в рак. И далее четыре стадии: одна за другой. Интересно, зачем женщинам нужно знать это? Чтобы не спать по ночам? Нина Петровна с удивлением заметила, что рука сама собой потянулась к груди. Волконская отдёрнула руку, посмотрела на часы. За переводом она убила четверть часа!

Пора открывать окошко регистратора. Никто не спешил этого делать. Очередь отсутствовала. Наверное, женщины знают, что время в женской консультации идёт иначе. Нина Петровна пригнулась к окошку, стараясь разглядеть кого-нибудь внутри. Сквозь щелку между табличкой и деревянной рамой она увидела кого-то в белом халате. Так же услышала звон чашек. Так и есть, пьют чай! Что ж, это надолго. Нина Петровна хотела уже выйти во двор, погулять, но услышала свою фамилию.

– Что за Волконская? Княгиня что ли? – спросил грубый голос.

– Да кто их сейчас знает? В кого ни плюнь: всё князья да графья! Одни мы, как были холопами… – ответила дама визгливым голоском.

– Да какая там княгиня! Из приезжих лохов.

– Почему?

– Богатые к нам не ходят. А если и придут, то сразу к заведующей. Уж до регистратуры не опустятся!

– Ас какого она участка?

– Да кто её знает! Пришла, попросила карту к врачу.

– И к кому её пошлёшь?

– Хорошо будет себя вести, на пятый участок. А если совсем не догоняет, кстати, она с пустыми руками пришла, отправлю к стажёру из провинции!

Нина Петровна улыбнулась. Чего она и добивалась. А ещё собиралась сунуть шоколадку! Только к стажёру, и только из провинции! Довольно столичных членов-корреспондентов!

– Здравствуйте! – приветствовала её седовласая женщина в белом халате.

Нина Петровна ответила на приветствие, оглядывая кабинет. Где же стажёр из провинции?

– По какому вопросу?

– Я не могу забеременеть, – сказала Нина Петровна, не собираясь вводить акушерку в курс дела. Волконская смотрела на дверь, но врач-стажёр не появлялся.

– С вами пришёл муж?

– Нет. А почему вы спрашиваете?

– По праву доктора.

– Извините.

– Не нужно извиняться, вы меня нисколько не оскорбили! – женщина в белом халате улыбнулась. – Все приходящие ко мне, ищут глазами зелёного стажёра.

Нина Петровна аж подпрыгнула на стуле.

– Да, да! Именно так меня представляют женщины. Скоро закончатся мои испытания. Поеду домой! – докторша улыбнулась ещё теплее: – А вы откуда приехали?

Нина Петровна хотела сказать, что она Волконская. Но тотчас сообразила, что для врача с таким стажем это вряд ли имеет какое-либо значение. К тому же, седая докторша подкупала открытой улыбкой.

– Я из Чухонска, – сказала Волконская таким тоном, как будто сообщила о крохотном участке оборотной стороны луны.

– Сколько вы сделали абортов? – врач взяла ручку, посмотрела в чистый лист карты Волконской.

– Нисколько.

– Лечились от воспаления?

– Нет.

– Ваш муж имеет детей?

– Нет.

– Вы страдали венерическими заболеваниями?

Нина Петровна заметила, как вспотели её ладони. Что это, детектор лжи? Профессор, насколько она помнила, таких вопросов не задавал.