Эти слова были подчёркнуты красным карандашом.

– Кто? Что? – Клара Семёновна потрясла газетой. – Кто принёс сюда?

Пустой кабинет не ответил. Тогда начальница зашла к экономистам. Повторила вопрос. Здесь работали люди ещё со старых времён. У них глубоко под кожей по сей день оставался страх перед бывшей всемогущей начальницей.

– Клара Семёновна, ключи от вашего кабинета хранятся на вахте.

– Это почему?

– По указу Леонида Аркадьевича.

– Скажите, милочка, – обратилась Клара Семеновна к отвечающей пенсионерке, – мэр заходил в мой кабинет?

– Нет.

Клара Семёновна посмотрела на экономистку, сморщив нос.

– Была Анастасия Ямпольская.

– Это что за чудище болотное?

– Это главный специалист Приёмной Леонида Аркадьевича.

Клара Семёновна подавилась воздухом, который набрала для того, чтобы выплеснуть своё возмущение.

Сбитень последовательно давал показания. Он говорил и как будто видел себя со стороны. Не предателя, а человека, защищающего собственные интересы. В самом деле, почему он один должен терпеть убытки? Кто его подбил на предвыборную кампанию? Кто заставил переделать исковое заявление? Он, конечно, не уточнил, что в первой редакции заявление было ещё хуже. Кто, наконец, подставил его со всей этой историей?

– Они там грызутся, а мне платить штрафы, разве это справедливо?

– Вы готовы на суде подтвердить свои показания? – спросил сочувствующий следователь.

– Конечно! Мне терять нечего!

Сбитень не лукавил. С работы его попёрли тотчас после выборов. Теперь Сбитень перебивался мелкими случайными заработками. То одному новому русскому составит смету, то другому подобьёт бабки. На постоянную работу его никто не брал. Хлопот с администрацией избегает каждый здравомыслящий человек.

Следователь послал курьера с повесткой для Клары Семёновны. Начальница отдела кадров впервые за свою жизнь схватилась за сердце. Ей предлагалось явиться с документом, удостоверяющим личность и с вещами. Вот так!

Клара Семёновна поднялась наверх, к приёмной мэра.

– Здравствуйте, Настя! – поздоровалась начальница отдела кадров с секретаршей.

– Клара Семёновна, до совещания ещё сорок минут. Займитесь делом!

– Я, а-а! Уф-х, – начальница отдела кадров, не успев выдохнуть, завалилась на пол.

Секретарша подбежала к ней. Как когда-то видела в кино, он взяла руку Клары Семёновны, но пульса не нашла. Тогда бросилась к телефону, вызывать "скорую".

В администрацию машина прилетела через три минуты. Как будто дежурила где-то возле здания. Больной вкололи какой-то укол. Настя видела, как фельдшер вводил ей в вену раствор, окрашенный кровью больной. Она едва не грохнулась в обморок, но всё же осмелилась доложить Чугуеву о происшествии в приёмной.

Леонид Аркадьевич с большим неудовольствием оторвался от работы. Он вышел из кабинета, извинившись перед собравшимися у него коммерсантами города.

– Что? Землетрясение, тайфун? – спросил Чугуев. Посмотрев на уходящих с носилками медработников, уставился на секретаршу, ожидая разъяснений.

– К вам пришла Клара Семёновна и упала в обморок. У неё, у неё нет пульса.

– Да у неё вообще нет сердца, – сказал Чугуев.

– Да. Оно остановилось, – всхлипнула секретарша.

– Настя! Займитесь делом. Приготовьте шесть кофе со сливками! – Чугуев развернулся и исчез за дверьми кабинета.

Дрожащими руками Настя выполнила распоряжение начальника. Занеся поднос с кофе, секретарша тотчас позвонила в больницу.

– Что случилось с нашей сотрудницей? – спросила она.

– С какой? Когда? Кто вы есть, вообще?

Настя опешила. Она не думала, что врачи бывают такими беспардонными.

– Говорите! – потребовали с неё.

– Я секретарь приёмной Леонида Аркадьевича Чугуева! И хотела бы узнать, – никто не перебивал Настю, и голос её стал увереннее, – что произошло с Кларой Семёновной? Её только что увезла "скорая".

– Увезла, привезёт. Тогда и будем разговаривать! – фельдшер скорой помощи бросила трубку. На разговоры с истеричками у неё не было времени. Закипал чайник. Вот-вот разбрызгает кипяток на плиту. Сгорит спираль, как это не раз бывало, и придётся покупать за свой счёт. Потому что, сколь ни просишь главного врача, он неизменно отвечает, что городская администрация не желает финансировать больницу в полном объёме.

Клара Семёновна пришла в себя и потребовала главного врача.

– Пусенька! – сказала больная главному, когда медработники вышли из палаты. – Ты помнишь, кто тебе сделал квартиру в двух уровнях?

– Как забыть, Клара Семёновна! Вы только не волнуйтесь. Мы всё сделаем!

– Не удирай, Пусенька! Ты сделай мне отдельную палату, – сказала Клара Семёновна, в ответ на удивлённый взгляд главного врача, пояснила: – Эта мне не вполне устраивает.

– Мы принесём телевизор.

– Проведёте радио и доставите свежие газеты? Пусенька! О чём ты говоришь? Мне нужна такая палата, чтобы, – Клара Семёновна стукнула кулаком по кровати, вырвав иглу из вены.