– Никита, меня что-то мутит. Надо пойти, разогнать дурь!

Куква поднялся со скамьи. В глазах помутнело. Вот что значит, отвык от хорошей баньки! Он подобрал живот и двинул в парилку. Никита последовал за гостем.

Подбросив на каменку, он уселся рядом на полок, взял веник. Махнув пару раз, почувствовал усталость. И как непрерывно машется Куква?

Никита повернул голову и в сумрачном свете увидел, что гость опустил голову почти до колен и вяло шлёпает себя по спине. Почти что гладит.

– Куква, тебе плохо?

– Открой двери! – сказал Куква, не поднимая головы.

Никита соскочил с полка, открыл двери настежь. Он выбежал из предбанника, позвав бычков, мирно пасущихся у входа.

– Чё там? – спросил толстомордый, выплёвывая косточку от вишни.

– Кукве плохо!

Оба бычка рванулись с места. Как были в одежде забежали в парилку, вывели под руки хозяина.

Куква тупо смотрел за происходящим, как будто сам не участвовал в этих событиях. Язык его не то, чтобы онемел, но отказывался ворочаться во рту. Глаза покрылись мутной пеленой.

– Чё ты с ним сделал, козёл?

– Надо было самим следить за ним! Я не предполагал, что так много пара на него подействует! – оправдывался Никита. Он внутренне подготовился вступить в неравную схватку, от чего в напряжении коленки Никиты подрагивали.

Но бычки без приказа хозяина, не собирались прессовать Никиту. Хозяин молчал. Голова Куквы упала кпереди, глаза ещё открытые, налились кровью.

Один из бычков подул в лицо Кукве, тот качнул головой. Тогда телохранитель схватил какую-то фанерку и стал размахивать перед лицом смотрящего, как веером. Кукве от этого полегчало, но не надолго.

– Надо везти его в больничку!

– Не успеем! Чем-то траванулся.

– Он ничего не ел.

– А что пил?

– Только минералку, – сказал сам Куква.

– Эту? – бычок ухватил едва початую полутора литровую бутылку.

Никита кивнул.

Тем временем Куква обмяк и упал на скамейку, стукнувшись безвольной головой.

Старший охранник схватил трубку, начал давить на кнопки, но ничего не услышал в ответ.

– Тут связи нет?

– Ты поразительно догадлив, – сказал взявший себя в руки Никита.

– Ты, умник! Давай-ка, пей! – он протянул бутылку Никите.

– Думаешь…

Никита не успел договорить. Его схватили за шею, повернули голову ртом кверху и залили в глотку минералку.

Он едва не захлебнулся, отпихнулся от бычков Куквы.

– Езжайте за хозяином, Николой! Это ближе, чем до больнички!

– Зачем? – качки переглянулись, посмотрели на Никиту. Влив в него около полулитра минералки, они ожидали, что тот упадёт. Если не замертво, то точно так же, как Куква.

– Да езжайте поскорее! – вскрикнул Никита. – Это его баня, он знает, что тут может произойти!

Бычок, тот, что помладше, рванул на ферму. Дорогу он знал, проезжали мимо. Второй, не теряя времени, спросил у Никиты, есть ли в деревне телебашня.

– Силосная только. Да! Ещё! – сообразил Никита. – Водонапорная. Это совсем рядом, за поворотом. Добежишь за полминуты.

– Смотри за Кукшей! – наказал телохранитель. – Если что, сам знаешь.

Никита промолчал.

Бычок убежал до водокачки. Он забрался наверх, вновь помучил мобильник. Дозвонился, от счастья заорал в трубку.

– Слышь, лепила! Мотай по-шустрому сюда! Человеку плохо! Что? Сам знаешь, какому! Сознание потерял после бани! Поменьше болтай, лепила! Ничего не пил! – бычок сдобрил свою речь трёхэтажным матом.

Спутник завис, шифруя ненормативную лексику, – мобильник сдох. Телохранитель в сердцах швырнул его о стену.

– Сейчас будет врач! – сообщил он Никите.

Никита улыбнулся.

– Чего скалишься? Как он?

– В порядке. Глаза открывает, на речь реагирует.

– Слышь ты, умник! Где твой крестьянин?

– Твой товарищ привезёт Николу с минуты на минуту.

Куква продолжал лежать на лавке, тяжело дыша. Ни рукой, ни ногой он двинуть не мог. Ужасная головная боль, казалось, распространялась по всему телу с каждым ударом сердца. Что с ним происходило, Куква не понимал.

Первым во двор Николы въехал чёрный "бумер" доктора. Вторым, едва не задев за бампер докторскую машину, въехал бандитский "джип".

– Жди до упора! – скомандовал Авраам Самуилович усатому шофёру. Сам побежал к бане с чемоданчиком в руках. Он моментом оценил ситуацию, но как с нею бороться, понятия не имел. Сейчас бы больного в реанимацию, там другое дело! Но доктору подчас приходится спасать собственную жизнь, оказывая экстренную помощь. И тогда включаются самые отдалённые уголки головного мозга, где в памяти отложились отрывочные знания. Авраам Самуилович под пристальными взглядами телохранителей, набрал в шприц глюкозы. Не задумываясь, добавил аскорбиновой кислоты и кокарбоксилазы – фермента для тканевого дыхания. Он ввёл пациенту в вену полученную смесь. Куква никак не отреагировал.