– Извините меня, Нина Петровна, – Чугуев понизил голос.

Нина Петровна молча надула губы, опустила глаза.

Ноздри её раздувались.

Чугуев поёжился. Он решился.

– Дело в том, Нина Петровна, что я трус, – сказал Чугуев, глядя на носки её сапог. Светло-коричневые, с разводами от грязных луж. Одно из пятен напомнило ему географические очертания родного района. И от этого Чугуеву стало ещё грустнее. Захотелось бросить этот ненужный отдых и направиться куда-нибудь в большой город, затеряться там, снимая номер в гостинице и забыться. От этой мысли Леонида Аркадьевича передёрнуло. Он представил себя в распахнутом пиджаке на голое тело, с измятым галстуком на шее, мочащимся в коридор. Ах! Лучше домой, к Наденьке. Спрятаться, не выходить из квартиры, не отвечать на телефонные звонки.

– Собираетесь отдать пас назад, стоя перед пустыми воротами? – Нина Петровна взглянула на Чугуева. Показалось, что сквозь толстые стёкла очков выскочили искры.

– Я не готов к таким поворотам. Извините.

– Вы не можете быть глупым, по определению! Занимаете достаточно высокий пост и удерживаетесь на нём.

– Не нужно комплиментов, – Чугуев махнул рукой. – Я не способен на великие дела. Жаль, что подставил вас. Правда, очень жаль.

Нина Петровна хмыкнула, вынула из кармана носовой платок.

– Не плачьте, ничего не поделаешь, вы поставили не на ту лошадку.

Всё же она разрыдалась.

Чугуев стоял рядом, не зная, что предпринять. По-человечески, конечно, нужно обнять плачущую женщину. Но, во-первых, Чугуев не считал себя виноватым, во-вторых, не знал, как это будет воспринято Ниной Петровной. Вдруг, ей взбредёт в голову принять обычное участие за ухаживание? Леонид Аркадьевич смог только заслонить Нину Петровну спиной от случайных прохожих. Он так и стоял, раздвинув руки и распахнув плащ.

Нина Петровна зарыдала сильнее. Пришлось находить слова утешения.

Но чем больше извинялся Чугуев, тем больше она ревела.

– Ладно, – сдался Чугуев. – Я сделаю это. Завтра же признаюсь, что я никто и звать меня никак!

– Это невозможно! – выкрикнула Нина Петровна. – Вы недооцениваете "Ваню", который Василий. Он уже справился, где нужно и узнал, что вы действительно являетесь мэром города Чухонска.

– Тогда он справился и узнал, что я никогда не учился вместе с Андреем Васильевичем! – обрадовался Чугуев.

– Именно то! – продолжала всхлипывать Нина Петровна. – Вы учились в одном институте. С разницей в два курса.

– Да?! Тогда другое дело! Почему вы плачете? Ведь это всё меняет!

– Леонид Аркадьевич потёр ладонями.

– Я плачу потому что вы в самый ответственный момент отказались от всего, признавшись в своей… В своей… нерешительности!

– Так я стану решительным!

– Не всё так просто. Хотя, – она перестала плакать, – у вас есть шанс.

– Что за шанс? Пойти к волшебнику Изумрудного города за храбростью?

– Почти, – Нина Петровна улыбнулась, чем добавила восторга Чугуеву.

– Если вы сейчас начнёте сеанс психоанализа, я готов! Надеюсь, как и.о. местного мэра мне положена скидка в сто процентов? – продолжал веселиться Леонид Аркадьевич.

– Вы серьёзно считаете, что не спасуете в критической ситуации? – Нина Петровна посмотрела в глаза Чугуеву. Он быстро отвёл взгляд.

– Что вы предлагаете? Бросить всё и уехать? – Чугуев чуть было не сказал, что думал об этом только что, несколько минут назад.

– Ни в коем случае! Мы уже столько сделали! – она чуть не подпрыгнула от перевозбуждения.

Чугуев поморщился. Интересно, кто это "мы" и чего сделали так много? Но задать вопрос вслух постеснялся.

– Тогда, что?! – чуть не выкрикнул он.

– Пройдёмте в кафе! – она взяла Чугуева под руку. – Я нисколько не возражаю против стопроцентной скидки.

Чугуев даже не мог развести руками.

– Мало того, сто десять процентов скидки! – заявила Нина Петровна, заказав кофе.

Чугуев, насупившись, молчал.

– Я плачу! – пояснила Нина Петровна.

Чугуев кивнул, дав понять, что понял на счёт 110 % скидки за сеанс психотерапии.

– Итак, Леонид Аркадьевич, мы сделали уже три первых шага. Вошли в администрацию, практически приняли руководство, наметили план работы, пригласив актив на собрание!

– Остались сущие пустяки, – уныло кивнул Чугуев.

– Именно так. Поручить задания конкретным лицам. И всё!

– Это вам так кажется, обывателям. А кто будет контролировать исполнение, Нина Петровна? На то она и власть исполнительная! – сказал Чугуев и сам заметил, как надулись его щёки. Да, мне бы так перед собранием выступать! Но там, наверняка ждёт меня какая-нибудь подножка! Недаром так насторожилась Нина Петровна. Могла бы сразу сказать, что представила меня местному руководству не соврав ни слова!